Одиссея. Перевод А.А. Сальникова

Слухи же, что от других слышал я, здесь живя, в своём доме,

Вправе ты знать, их тебе расскажу, ничего не скрывая.

Вот, говорят, что домой мирмидонцы пришли, копьеборцы;

Слышали мы, славный сын Ахиллеса великого – с ними.

[190] Также вернулся домой Филоктет, сын Поянта прекрасный.

Идоменей в Крит привёл всех соратников, что уцелели

После войны, никого у него не похитило море.

А об Атриде и к вам, в землю дальнюю, верно, дошли уж

Слухи, как был умерщвлен он Эгистом, когда в дом вернулся.

[195] За преступленье потом и Эгист поплатился жестоко.

Счастье, когда умный сын у погибшего мужа остался!

Он отмстил за отца: им лукавый Эгист умерщвлён был,

Тот, кем коварно убит был его многославный родитель!

Вот и тебе, друг, – ведь ты, вижу я, и высок, и прекрасен, –

[200] Нужно отвагу иметь, чтоб в потомках жила твоя слава!».

Так отвечал Телемах, рассудительный сын Одиссея:

«О мудрый Нестор Нелид! Ты – великая слава ахеян!

Да, он жестоко ему отмстил.

Сложатся песни о нём, будет слава ему у потомков.

[205] О, если б силой такой и меня одарили бы боги,

Чтобы я так же, как он, отмстил женихам за их наглость!

Столько мне горя от них, столько зла они вновь замышляют!

Только вот счастья, увы, ниспослать не судили такого

Боги ни мне, ни отцу. И удел мой отныне – терпенье».

[210] Так Телемаху в ответ говорил Нестор, всадник геренский:

«О друг, напомнил ты сам мне об этом. К нам слухи доходят,

Как посещают ваш дом женихи твоей матери милой,

И как бесчинствуют в нём, беззакония делая много.

Но мне скажи: сносишь всё добровольно ты, или в народе

[215] Ты ненавистен своём и гоним по внушению бога?

Кто может знать, вдруг отец твой вернётся и всех перебьёт их,

Страшно за зло отомстив, – лично сам, или кликнет ахеян…

О друг, когда б и тебя полюбила Афина Паллада

Так как любила она Одиссея, заботой окутав

[220] В крае троянском, где мы много бед претерпели, ахейцы!

Нет, я не видел ещё, чтоб в любви боги так открывались,

Как Одиссею всегда помогала Афина открыто!

Если бы так же и ты ею был и храним, и возлюблен, –

Многие из женихов даже думать забыли б о свадьбе».

[225] Так отвечал Телемах, рассудительный сын Одиссея:

«О старец! Думаю, то, что сказал ты, свершиться не может:

Слишком великая честь для меня, даже в трепет приводит.

То ни по воле моей, ни по воле богов не случится».