Илиада. Перевод А. А. Сальникова

Тот нагнулся, – сквозь нос и сквозь зубы

Пика прошла, и язык отсекла острой медью у корня,

И, остриём просверкнув, замерла у него в подбородке.

Он с колесницы упал, и доспехи на нём зазвенели,

295 Пёстроблестящие. И даже кони отпрянули в страхе

Быстрые тросские. Так потерял Пандар душу и силу.

Спрыгнул на землю Эней со щитом и с огромною пикой

В страхе за Пандара труп, чтоб его не забрали ахейцы.

Он возле трупа ходил, словно лев, свою мощь сознающий;

300 Грозно вперёд выставлял он свой щит круговидный и пику.

Криком ужасным грозил он у каждого душу исторгнуть,

Кто б ни приблизился. Но камень поднял с земли сын Тидеев,

Страшно тяжёлый, какой не подняли б и два человека

Ныне живущих; но он взял одной лишь рукой, размахнулся,

305 И этим камнем в бедро угодил он Энею, где ляжка

В тазовый входит сустав, именуемый чашкой. И камень

Чашку совсем раздробил, разорвал на бедре сухожилья,

Также и кожу сорвал у героя. Эней поражённый

Пал на колено вперёд; и, шатаясь, могучей рукою

310 В землю упёрся.

Тут бы Эней и погиб, предводитель народа, когда бы

Милая Зевсова дочь Афродита за ним не следила,

Мать, что его родила с пастухом, славным юным Анхизом.

Милого сына она обвила белоснежной рукою,

315 Ткани одежды своей перед ним распростерла блестящей,

Кроя от вражеских стрел, чтоб какой-либо конник данайский

Медью его не пронзил и души у него не исторгнул.

Так на руках понесла мать любезного сына из боя.

Сын Капанея Сфенел между тем не забыл наставлений,

320 Тех, что Тидид ему дал, о конях говоря быстролётных.

Он звонконогих своих лошадей чуть подальше поставил

От буйной битвы, бразды затянув за скобу колесницы.

Сам же скорей полетел он к коням пышногривым Энея

И, отогнав от троян к меднолатным дружинам ахеян,

325 Их Деипилу отдал, – в сонме сверстников этого друга

Более всех он любил, по согласию чувств их сердечных, -

Гнать повелел к кораблям мореходным.

Встав в колеснице своей и блестящие вожжи взяв в руки,

Пламенный вслед за царём Диомедом на конях понёсся.

330 Тот же Киприду теперь медью острой преследовал грозный,

Зная, что та – из богинь маломощных, не то, что другие,

Те, что войною живут, управляя сраженьями смертных,

Так, как Афина или? как громящая грады Энио.

Вот он богиню догнал, прорываясь сквозь толпы густые.