Илиада. Перевод А. А. Сальникова

Кончив молить, ячменём посыпали на жертвы и солью,

Шеи им подняли вверх, закололи и кожи содрали,

460 Бедра затем отсекли, и обрезанным туком покрыли

Вдвое кругом, и на них положили останки сырые.

Жрец их сжигал на дровах, темно-красным вином окропляя.

Юноши возле него пятизубные вилы держали;

Бедра сожгли и, вкусив требухи от закланных животных,

465 Всё остальное дробят на куски, поддевают на вилы,

Жарят на них над огнём, и, умело сготовив, снимают.

Так завершили обряд, и ахеяне пир учредили.

Все пировали, никто не нуждался на пиршестве общем.

Ну а когда и питьем, и едой утолили свой голод,

470 Юноши снова вином переполнили кубки резные,

Кубками всех обнесли, начиная от правого края.

Пением дружным весь день ублажали ахеяне бога;

Гимн Аполлону царю громко юноши пели, во славу

Бога-стрелка. Аполлон веселился, мотиву внимая.

475 Солнце скатилось с небес. И лишь сумрак на землю спустился,

Прибывшие улеглись у причала, у самого судна.

Но, лишь явилась Заря розоперстая, вестница утра,

В путь поднялись, чтобы плыть им обратно к военному стану.

Ветер попутный послал прямо с пристани Феб сребролукий.

480 Мачту поставили, все паруса распустили седые,

Средний же парус тотчас переполнил дыханием ветер.

Страшно вокруг корабля зашумели пурпурные волны.

Быстро по ним он летел, борозду за собой оставляя.

Только ахейцы пришли с моря к ратному стану, как тут же

485 Чёрный корабль извлекли на покатую сушу, поставив

Выше от вод, на песке, подкатив преогромные брёвна.

Сами потом разошлись по своим кораблям и по ставкам.

Зевса питомец, Пелид Ахиллес, быстроногий воитель,

Возле своих кораблей оставался меж тем, с гневом в сердце.

490 Не приходил он в совет предводителей славных ахейских,

Не был и в грозных боях. Свою душу питая печалью,

Праздный сидел; но желал он безмерно сражений и славы.

Вот и двенадцатый день миновал с той поры. Возвратились

Боги на светлый Олимп многохолмный; за Зевсом Кронидом

495 Прибыли все как один. Не забыла богиня Фетида

Сына молений, она рано утром из пенного моря,

Вместе с туманом взошла на безмерное небо, к Олимпу.

Видит, на самом верху белоснежной обители божьей

Молний метатель сидит, тёмных туч грозовых собиратель.