Спорим?

 – Если бы не обхватила руками, как та, что до тебя, вообще бы свалилась.

Как та, что до тебя. Я усмехнулась, все же прижимаясь ближе, чтобы не удариться еще раз. Кажется, я начинаю понимать, в чем дело.

Им надоедают игры, где актеры осознают свою роль. Они хотят марионеток, не ведающих о том, что их жизнь – игра. Мне мерзко, но еще не ясно, кто будет кукловодом. Главное – чтобы мы соревновались на разных мотоциклах. Мне понадобится немного времени, немного связей, которыми я постараюсь обзавестись ради пяти тысяч, и я буду свободна.

Эта мысль окрыляет не хуже фантастического чувства легкости в животе, когда мотоцикл трогается. Мягко едет, едва ощутимо. Но стоит оторваться от спины – в лицо бьет ветер. Я не улыбаюсь: этот жест доступен мне лишь в редкие моменты. Но это не значит, что я не наслаждаюсь.

Я ожидала, что поездка вернет мне эмоции. Я подвергаю себя все большему стрессу в надежде на то, что чувства вернутся. Но тщетно. Я медленно выгораю, когда рядом нет Тео. Осознание накатывает холодной волной пота.

Я судорожно сжимаю ткань чужой футболки и ощущаю, как Джейс сбавляет скорость.

– Приехали? – я перекрикиваю ветер, бьющий в лицо. Мне не нравится медленная езда.

Он не отвечает, но ускоряется. Я прикрываю глаза. Голова болит неистово: стоило бы выспаться. Тео. Мне приятно возвращаться к этим мыслям. Всяко лучше, чем думать о едком комменатрии или самоуверенном парне, так нелепо распоряжающемся деньгами. Расточительство должно быть смертным грехом. Но что-то мне подсказывает, что этот парень не католик.

Тео. Тео-Тео-Тео. Имя на подкорке. Мантра. Я никогда не понимала, почему у него все еще нет серьезных отношений. Его сокурсницы вешались на него – я видела собственными глазами. Я не имею никакого права ревновать или злиться. Но это мне не особо мешает, на самом деле.

Джейс резко разворачивает мотоцикл. Я инстинктивно хватаюсь крепче. Мне кажется, я чувствую запах жженой резины.

– Твою мать… – шепчу я.

– Не передумала? – с явной насмешкой спросил он.

 – Можешь уже отпускать, – пренебрежительно, если не с отвращением. Вот так и слетела маска. Осталось понять, чего ради он затеял эту игру.

Я спрыгиваю, озираясь по сторонам. Передо мною ровная лента шоссе, проходящая по каменистой пустынной степи, поросшей желтой сухой травой и мхом. Не самый радостный пейзаж.

– Для начала…

– Я знаю. С теорией у меня все в порядке, – оборвала я Джейса, настроенного с явным скепсисом.