Бухарские миражи

Потому что у них отсутствует хоть какой-нибудь опыт переживания. А у кого он есть – как правило – имеют обыкновение, сохранять благоразумное молчание. Сейчас – в обществе старшего зятя – которого мы оба почитаем, эта его «подначка» оказалась как нельзя, кстати, заставив меня выйти из себя.

– А что такого плохого я сказал? – возмутился я. – Да: говорим о суфизме, да – возможно, я многого не «догоняю»… Ну и что? Это ведь так интересно.

– Тот, кто искренне хочет Его познать, много на эту тему не распространяется.

И тут наш зять произнёс в тему интересное двустишие, продекламировав его в оригинале, на таджикском:

Ту бо мани, дар Ямани – пеши мани,

Ту  бе мани, пеши мани – дар Ямани.

Ничего подобного мне ранее слышать не доводилось и потому я попросил его, ещё раз повторить. И прослушав ещё раз, робко выдвинул свою догадку.

– Уж, не о том ли шейхе идёт речь, который дал деньги на постройку главного медресе в Бухаре?

– Кстати, вполне возможно! – воодушевился муж моей старшей сестры.

Так, в частности, заинтересовавшись личностью основателя медресе «Мир-и Араб» (то есть, «Имущество Араба») [10 - Есть и другое мнение: «Мир» – сокращенное от «Амир» – «Арабский эмир».]шейха тариката Накшбандия Сайида Абдуллы аль-Йамани Хазарамавти (то есть, из Йемена), я был немало озадачен и заинтригован тем фактом, что какой-то шейх из южной Аравии проявил такую настойчивость и рвение, что внес деньги и настоял на постройке медресе, который чуть позже назовут в его честь.

– Между прочим, процитированное мною известное двустишие, как раз, приписывается шейху и лидеру суфийского тариката Накшбанди – Насыр-ад-дину Убайдуллах ибн Махмуду аш Шаши (1404—1490) – более известному как Хy?а Ахрор-и Вали (русс. Ходжа Ахрар), являвшемуся в своё время пиром и наставником упомянутого Сайида Абдуллы. – подчеркнул зять и тут же поспешил признаться. – Я не уверен в точном и дословном цитировании, а потому, советую тебе, по возвращению в Бухару, встретиться и пообщаться на сей счёт с домулло ?афур?оном.

Что собственно я и сделал, придя в медресе и справившись у дежурившего у врат главного портала об устозе. Оказалось, что именно в тот день Учитель был свободен от занятий и отдыхает. Видя, что я жутко расстроился, пожилой мужчина кивнул головой в сторону небольшого магазина:

– Вот здесь работает его сын, спросите у него.