Клуб Мэри Шелли

В общем, они отправились туда следом за лордом Байроном, который считался первой суперзвездой современной эпохи, не говоря уже о славе пансексуального[13 - Пансексуальность, также омнисексуальность, – способность испытывать романтическое и сексуальное влечение к людям вне зависимости от биологического пола, гендера и гендерной самоидентификации.] литературного Адониса, который также – спойлер – спал со своей сводной сестрой, если ты не знала. Еще один скандал, о котором не принято говорить.

– Может, хватит уже подробностей? – спросила Фелисити.

– Остынь, – ответил Тайер. – Хорошо, я, так и быть, пропущу все, что напрямую не относится к делу, и перейду к самому интересному. В общем, они были сумасшедшими отморозками, готовыми уйти в загул, но им постоянно мешал дождь.

Пока Тайер говорил, Фредди прислонился к стене прямо под фигурой, похожей на неонового зомби. Фредди поймал мой взгляд и едва заметно кивнул, как бы намекая, что нужно дать Тайеру возможность высказаться, и тогда он в конце концов доберется до сути.

– То лето выдалось просто ужасным, – продолжал Тайер. – Даже, типа, по официальной статистике. Ужасное лето в исторических, библейских масштабах. Шел такой сильный дождь, что всей компании пришлось сидеть взаперти всю поездку, а интернета у них не было, так что они явно умирали от скуки. А потом лорд Байрон сказал: «Есть идея! Посмотрим, кто придумает самую страшную историю». Лорд Байрон думал, что победит, потому что он – лорд и все в таком духе, но нет, его обскакала сама богиня современного ужаса, Мэри Шелли.

– В результате ей пришла в голову идея романа «Франкенштейн», – подвел итог Фредди.

– Вот поэтому мы так и называемся, – развел руками Тайер. – Клуб поклонников Мэри Шелли.

– То есть вы… поклонники романа «Франкенштейн»? – уточнила я.

– Не только Франкенштейна. Ужасов в целом, – сказала Фелисити.

– Так чем же вы занимаетесь в этом клубе? – Я перевела взгляд на Брэма, которого, казалось, больше интересовала облупившаяся краска на Человеке-ящере, висевшем над его головой.

– Ты разве не слышала о том, как Мэри Шелли придумала Франкенштейна? – спросила Фелисити. – Мы сочиняем страшные истории.

– Другими словами – розыгрыши, – фыркнула я.