Я не якудза

Мне стало известно, что у Чан – хёка есть старший брат Гын – со, он владеет бизнесом их отца, а Хёк имеет тридцать процентов всех акций от общей суммы. Он рос с матерью, и с братом они мало общались. Их отношения не похожи на дружеские.

– Нэтсуми, – до моего плеча кто-то дотронулся. – Ты можешь составить мне компанию? – Кума смотрел на меня, словно я главная мишень сегодняшнего вечера.

– Без обязательств, – я положила ему руку на колено.

– Договорились, – он спрыгнул со стола.

– Кума, – крикнул Хёк.

– Я украду твою сестру? – Кума прижал меня к себе, я почувствовала запах горьких духов.

– Без проблем, – Хёк выпустил густое облако дыма из своего рта.

Весь вечер все играли в казино, мой друг постоянно проигрывал, а Кума наоборот.

– Эта игра была обречена, потому что Кума сегодня с нами, – усмехнулся Гын – со.

– Рядом с такой миледи, фортуна на моей стороне, – горячая ладонь Кумы скользнула по моему обнажённому бедру, а затем поднялась на талию.

– За аренду, вы все мне заплатите, – Хёк выпил ещё один бокал виски со льдом.

– Держи, – в конце игры Кума кинул на диван, где сидел Хёк, пачку денег. – Этот вечер, я оплачу за всех. Но могу попросить взамен, чтобы твоя сестра побыла со мной ещё часик. Сойдёт?

– Она сама может сказать, да, Нэтсуми? – кореец посмотрел на меня. Я кивнула. – Так что, сестрёнка?

– Было бы приятно провести время с таким человеком, как вы, – я подняла свой взгляд на Куму.

– Пошли, – он взял меня за руку.

Вдвоём мы пришли в просторный номер на третьем этаже, Кума зажёг свет, и закрыл дверь на ключ.

– Какие холодные руки, тебе страшно? – он приблизился ко мне. – Я внушаю страх?

– Я тебя не боюсь, – я внимательно смотрела в его большие чёрные зрачки.

– И почему же?

Я отошла от него и взяла ключ от номера, который Кума положил на тумбу. Кума медленно смотрел на мои действия, и не сводил с меня свой хищный взгляд. Я сжала ключ в кулаке, открыла окно и выбросила его.

– Теперь понял?

– Тебе хочется поиграть или сразу выиграть? – его взгляд становился матовым и пьяным от алкоголя. – Что же? – с лица Кумы не сходила замерзшая улыбка, которая ни о чём не говорила, но и доверия тоже не внушала.

– Ты уже проиграл, – я прикусила нижнюю губу.

– Откуда такие выводы? – его квадратное лицо не показывало никаких эмоций. Он убрал со своего прямоугольного рта улыбку, и стал выглядеть строже.