Я не якудза

 – Проходите, чувствуйте себя, как дома.

– Здесь так темно, это северная сторона?

– Запад. Думаю, что зимой везде темно. Тем более обещали осадки.

– Ты же не против, если я обустрою комнату в своём стиле?

– Да, мне всё равно. Делайте, что хотите, этой комнатой никто не пользовался. Спокойной ночи.

Все десять дней в нашем доме не было покоя. Тётя делала "капитальный" ремонт своей комнаты. Она даже сменила дверь, объяснив это словами: "Она такая старая и от неё исходит негатив".

Отец ничего не пытался с этим делать, видимо ему это нравилось.

После ремонта тётя пригласила нас с отцом, оценить работу мастеров. В первую очередь, она сказала, что всё выполнялось строго по её плану.

Комната, действительно, стала выглядеть лучше, в ней было больше света, от светлых стен казалось, что площадь тоже больше (визуально).

Настал тот самый день, когда я должна была пойти первый раз в школу. Надев чистую форму, мне понравилось, как она сидит на мне. Белые гольфы выше колена, делали мои ноги ещё красивее и длиннее.

Ко мне зашла тётя.

– Уже уходишь?

– Да, думаю, плохо опаздывать в мой первый учебный день.

– Как насчёт красоты?

– По – вашему, я недостаточно красива?

– Ты что! У тебя безупречное лицо, как у модели. Но причёска не помешает.

– У нас есть на это время?

– Всего пятнадцать минут, – она достала утюжок для волос.

– Китайский? – Скептически произнесла я.

– Нет, немецкий, – сказала тётя с восхищением.

– Ещё хуже, – я подкатила глаза.

– Готово! Давай прядь волос.

– Может быть, сначала на себе покажите?

– Конечно! – тётя взяла длинную прядь, и шустро намотала её на утюжок. – Осталось немного подождать, – она посмотрела на часы, которые аккуратно смотрелись на её правой руке.

Через несколько секунд пошёл дым, тётя закричала, утюжок не размыкался.

На крики прибежал мой отец.

– Что случилось?! Что за дым?! Мари, что ты делаешь?!

– Помогите, я горю, – кричала тётя.

– А вы его по-немецки попросите, – усмехнулась я.

– Что за шутки идиотские?! – Нервно крикнула Мари.

Отец дёрнул утюжок и половина пряди осталась на нём.

– Господи, – убитым голосом произнесла тётя.

– Все эти ваши женские штучки пользы не приносят, – недовольно пробурчал отец.

– Как же так? Что же пошло не так? Как мне быть? – Слёзным голосом приговаривала тётя.

– Это китайское, – отец замолчал.