Одзёсама

Мне не нужен отец, который довёл меня до такого состояния!

– Хорошо, – Осаму достал телефон. – Я пойду, время бежит со скоростью света. Выздоравливай Ацу – тян.

Осаму ушёл из палаты, но не забрал свои подарки. Я встала с кровати, выдернув иглу от капельницы и открыла окно.

– Господин Осаму, я же сказала, что не нуждаюсь в подачках, – крикнула я.

Он поднял голову.

– Закрой окно, продует, – Осаму посмотрел на меня.

– Плевать! – мне уже было всё равно, что обо мне подумают, гнев и обида, так долго сдерживаемые рвались наружу.

Я закрыла палату и взяла корзину. Подойдя вместе с ней, я начала выкидывать из неё фрукты и прочие продукты.

– Сколько раз повторять, у меня аллергия на малину! – крикнула я. – Похоже отец решил убить меня!

Я вскрыла стакан с ягодами и вышвырнула всё в окно.

– Ацу, успокойся.

– Я спокойна, как танк!

Я взяла подушку и кинула её вниз. Потом одеяло, вазу, четыре стеклянные бутылки с водой, два стакана. Я бросала и бросала вещи и не могла остановиться.

– Мне ничего не нужно! Ненавижу всё, что здесь стоит! Я вас всех ненавижу! Надменные и тупые бандиты! Как – же вы достали!

В дверь стучались врачи, я не планировала открывать замок. Под рукой оказался планшет, он с таким же успехом полетел вниз. Настольная лампа разбилась об асфальт. Дальше в ход пошли какие-то книги и журналы, очиститель воздуха, два стула, три подушки с дивана приземлились на клумбу. Осаму невозмутимо наблюдал за моей истерикой.

– Положите их на могилу моему отцу, – я взяла букет роз, и швырнула на капот автомобиля Осаму.

Я пролежала в больнице две недели, причём одну неделю в психотерапевтическом отделении. Забирать меня приехал отец, я ждала его в кабинете врача. Когда отец зашёл, в помещение сразу завяли цветы и потемнели все яркие краски. Своим адским взглядом он убивал всё живое в радиусе трёх метров. Доктор дал ему рецепты на лекарства, отец молча кивал головой. Потом он поставил свою подпись, и мы вместе пошли на выход.

– Это тебе не нужно, будешь, как овощ ходить. Мне, итак, хватило за свою жизнь откачивать героинщика и алкоголика. Третью наркоманку не потерплю, – он разорвал рецепты, и бросил на дно урны.

Глава 2

Перипетия. Янки. Паутина чувств

– Ваше полное имя и фамилия? – Спросила строгая немолодая женщина в кабинете ректора токийского университета.

– Ацу, Эцуко Цубурая.

– Нам нужно одно имя.