Одзёсама

 – Пусть сама учится.

Я проиграла, так продолжалось двенадцать раз. Мужчины всячески обзывали меня. Эти слова были не оскорбительными, но обидными для меня. В этом обществе, я чувствовала себя пустой, словно из меня выкачали всю энергию. Ситуация была похожа на страшный сон, где двадцать шесть мужчин пытается кинуть в тебя своё пошлое слово. Для кого-то это нормально, но не для такого ранимого человека, как я. Под конец каждой игры, когда я проигрывала, у меня в горле стоял ком. Отец был пьян, из трезвых только мой брат Широ.

– Горо, пусть идёт к девчонкам, Ацу, наверное, скучно, – сказал Кано – сан.

Широ проводил меня к двери.

– На себя открывается, – это было последняя его фраза, после которой он ушёл.

Приоткрыв дверь, из – за дыма я не сразу заметила там женщин, которые сидели на полу с сигаретами в руках.

Они враждебно посмотрели на меня.

– Кто такая? – Нагло спросила одна из женщин.

– Цубурая Ацу.

– Дочь Горо?

– Угу, – я кивнула.

– У него есть дочь? – Спросила женщина с каре.

– Видимо, да, – блондинка выпустила дым изо рта.

– Можно мне у вас посидеть? – Сдерживая кашель спросила я.

– Садись. Но нужно снять одежду, – блондинка приняла неприличную позу.

– Зачем? – Я смотрела на неё.

– Дресс – код у нас такой, – засмеялась женщина с каре, и затушила окурок в пепельнице.

Приглядевшись, я заметила, что женщины были в нижнем белье. На их теле было много ирэдзуми, которые прикрывали их голое тело.

Я сняла свитер и джинсы, положив вещи в угол и села на пол.

Комната была средних размеров, воздух спёртый с запахом алкоголя и ментола. На окне висели жалюзи жёлтого цвета или они пожелтели от дыма. На подоконнике стояло радио, оно работало тихо, доносились тихие отголоски скрипки и пианино.

– Держи, – блондинка протянула мне сигарету.

– Иди- ка сюда, – женщина с красной помадой достала спички.

Я закурила, это было неприятное ощущение. В горле всё горело, от ядовитого дыма.

– У тебя совсем татуировок нет? – Спросила женщина с каре.

– Она же дочь Горо, – усмехнулась блондинка.

– Сколько тебе?

– 18, скоро 19.

– Молодая, – блондинка докурила сигарету, и начала новую. – А мне уже 25. Сацу 26, – блондинка показала пальцем на женщину с каре.

– Мне 26 в сентябре будет, – перебила Сацу.

– Я Нагиса, – блондинка посмотрела на меня.

– Приятно познакомиться, – я слегка улыбнулась.

– Акаги, – сказала женщина с красной помадой.