Наемник. Наследственная изменчивость

Или что ведьмы еще делают? Инквизиции на нее нет. Клянусь богами Ледяного Севера, в жизни я не видел бабы более страшной. Я бы не решился переспать с ней, даже если бы мне пообещали полную амнистию прямо в зале суда.

– … И приговаривается к пожизненному лишению свободы с отбыванием наказания в колонии особо строгого режима, – торжественно огласила приговор старуха.

Что и требовалось доказать. Я подошёл к окошку, протянул руки конвоиру, который ловко защёлкнул на запястьях браслеты. Прощай свобода. Жалел ли о содеянном? Ничуть.

***

В автозаке трясло, нещадно подбрасывало на железной лавке. Маленькая клетушка, отгороженная от основного кузова, да три конвойных в черной форме ФСИН.

Эх, кабы я пошел на сделку со следствием, сдал подельников – может и получил бы лет пятнадцать. Но нет. Как только меня поймали, ушел в глухой отказ, думая, что улик по мою душу не найдут. Как бы не так. Едва меня взяли, тут же появились свидетели, которые смогли опознать.

Подельников моих не нашли и пошел я паровозом. Убийства, что висели на банде, повесили на меня – и привет, пожизненное лишение свободы.

Адвокат настойчиво советовал подать апелляцию. Только какой смысл? Сам виноват. Нет противника страшнее, чем союзник – имбецил. Именно так было про последнюю команду. До сих пор не удалось понять, где Паук нашел таких конченых людей. Даже решил было, что у Куратора есть особый список, куда он заносит таких вот животин.

Машину сильно тряхнуло, отчего меня подбросило в кузове, с размаха приложив о железную стенку. А потом автозак резко остановился.

– Водить научись, черт… – начал было я свою тираду, но один из конвоиров тут же меня оборвал:

– Заткнись!

Бронированная дверь автозака вздрогнула и вылетела, словно пробка из бутылки. Затем раздалось три сухих щелчка – и замешкавшиеся на секунду ФСИНовцы обмякли, заляпав стену красным.

– Быстрее, – прошипел он тому, что в кузове. – Торчим белым днём в центре города.

– Айн момент, – ответил его подельник и торопливо осмотрел карманы ФСИНовцев. – Ага, вот они.

Он вынул связку ключей, подбросил их, ловко поймал и принялся ковыряться в замке. Заскрипела, открываясь, дверь моей камеры. Щелкнул замок наручников.