Ассасин. История первая

Процесс до определённого момента снимался на видео и выкладывался на видеохостинг, привлекая к проблеме алкоголизма и наркомании тысячи неравнодушных. И принося неплохой доход в виде встроенной в популярные ролики рекламы. Люди в этом движении были все как на подбор: физически крепкие, с мягким, как наждак, характером. Как по мне, на общественно полезную работу этим ребятам было глубоко похуй. Им просто нравилось бить людей. А польза для общества в виде избавления оного от маргиналов и прочей деклассированной бляди, была, скорее, прикладной.

– Про движение слышал, – ответил я. – А вот песен не слышал.

– Естественно, – саркастично ответил Бес. – просто до колхоза, откуда ты родом, ещё не добрались тенденции нашего времени. Какой там сейчас год? Две тысячи пятый?

? Остроумно, – оценил я шутку. И Бес тут же горделиво приосанился:

? Это панч, бро. Резкий. Неожиданный. Не шути с музыкой улиц. Она может расправиться с тобой, пережевать и выплюнуть.

? Не понимаю о чем ты, но панч я тебе прописать могу, – спокойно ответил я.

Всю уверенность исполнителя музыки улиц будто хуем сдуло. Он что-то пробормотал и принялся пить кофе.

– Раунд, – крикнул Чума. – Победа эмси слева. Пусть и под угрозой физической расправы, но…

– Я готов ещё побатлиться с оппонентом, только чуточку позже, – ответил Бес, вставая из-за стола. – сейчас мне нужно на студию. Новый трек сам себя не запишет.

Чума пожал плечами:

– Почему бы и нет, – ответил он. – какие планы у тебя на сегодня брат?

– Хочу навестить одного старого знакомого, – буркнул я, понимая, к чему клонит Чума. – так что я, пожалуй, воздержусь. Чтобы не критиковать работу творческих людей. Не создавать им, так сказать, моральных травм.

– Тогда бывай, друг, – бросил мне Бес.

– Таких друзей – за хуй, да в музей, – невозмутимо парировал я.

Лицо Кирилла аж скривилось:

– Очень остроумно....

– Потопали. Покажешь эту свою новую студию.

Переговариваясь и споря о чем-то, Чума и его товарищ-музыкант вышли из квартиры. Я же остался сидеть за столом, допивая чай. Бодрящий напиток уже выгнал из меня сонную оторопь и теперь мною овладело любопытство. Захотелось узнать чуть больше про эту непонятную игру.