Смертельные прятки

Благодаря безоговорочному сотрудничеству Пауэрса допрос длился относительно недолго. Без четверти три генерал-майор Сахаровский явился с докладом к товарищу Хрущеву. По желанию первого секретаря с ним приехал следователь Михайлов, который вел допрос Гэри Пауэрса. Хрущева интересовало мнение Михайлова о задержанном шпионе.

– Пауэрс кажется простоватым, не слишком эрудированным, но технически весьма грамотным, – начал доклад следователь. – Он отвечает на вопросы с более чем исчерпывающей откровенностью.

– Это не вызывает у вас беспокойства? – задал вопрос Хрущев. – Не думаете, что он намеренно выдает вам неверную информацию?

– Нет, товарищ первый секретарь, я так не думаю, – убежденно повторил Михайлов. – Те сведения, которые он предоставляет нам, не являются сугубо секретной информацией, они просто подтверждают уже известные факты. К тому же он не отрицает главного: что он является американским подданным и что его самолет сбит над территорией СССР во время проведения разведывательного полета.

– Что думаете об этом вы? – Хрущев обратился к Сахаровскому. – Возможно ли использование Пауэрса в качестве секретного агента на территории США?

– Почву я прощупал, – без паузы начал Сахаровский. Этого вопроса он от Хрущева ждал, поэтому был готов на него ответить. – Скорее всего, пилот даст согласие работать на наши разведывательные службы, и даст его охотно и быстро. Но не думаю, что в качестве шпиона он принесет нам какую-то пользу.

– Почему?

– Потому что для работы агентом его нужно будет вернуть в Америку. А как только он попадет туда, то моментально забудет про все обязательства. Первым его шагом по возвращении на родину будет поход в Центральное разведывательное управление, и не потому, что он является сотрудником этого ведомства. Он сдаст наши планы с потрохами и будет снова перевербован или станет двойным агентом, что более вероятно.

– И что, у нас нет на него рычагов воздействия? – ответ Сахаровского удивил Хрущева.

– У Пауэрса слишком гибкая совесть и размытые понятия о чести и доблести.

– Поясни, – потребовал Хрущев.

– В истории о том, как Пауэрсу удалось остаться живым, есть определенные нестыковки. Например, он сказал, что его тело до пояса было зажато деформированным фюзеляжем, поэтому он не мог воспользоваться катапультирующимся креслом. В случае, если бы он воспользовался катапультой, ему непременно оторвало бы ноги.