Хроники Империи Ужаса. Гнев королей

Я прав? Она в самом деле во что-то ввязалась?

– Ты сам знаешь ответ, дьявол тебя побери. Зачем спрашивать? Естественно, да. Тот, кто добился трона, никогда не отдаст его без боя. Поставь себя на ее место. После смерти Вальтера здесь у нее почти ничего не осталось. Конечно, есть еще дети, но она не из тех, кто питает особые материнские чувства. Когда-то в Шинсане она владела по-настоящему многим, и теперь хочет вернуть потерянное.

– Значит, она все-таки уязвима. Посредством детей.

– Как и все мы. – Чародей помрачнел.

– Она в самом деле могла бы вернуться?

– Не знаю. Мне неизвестно, что сейчас происходит в Шинсане. И я не хочу этого знать. Просто не желаю касаться политики и не хочу, чтобы она касалась меня.

– Но такого не будет.

– Да. Не будет. Никогда.

Какое-то время они смотрели на падающие звезды.

– Знаешь, – наконец сказал Вартлоккур, – на самом деле все равно, победит она или нет. Шинсан есть Шинсан.

– Ты не думаешь, что она может что-то изменить?

– Она не смогла бы, даже если бы захотела.

– Взгляни-ка! Почти как комета.

– Угу, – задумчиво кивнул чародей. – Это случится не сразу – позади у них несколько неудачных лет, к тому же они видят угрозу со стороны Матаянги. Они еще не до конца утихомирили территории, захваченные во время войны, и сейчас мечутся словно одноногая шлюха в день прибытия флота.

Усмехнувшись, Браги искоса взглянул на чародея.

– Если они дадут мне десять лет или хотя бы год, я буду только благодарен. Приму это как должное и буду очень рад, поскольку вряд ли нам удастся снова заставить их отступить. Думаю, если главной у них станет Мгла, это слегка отодвинет час расплаты и смягчит удар, когда тот наконец обрушится.

– Тебе решать. Только не забывай про О Шина.

– О Шина? – Речь шла о принце, который сверг Мглу и изгнал ее из империи лишь затем, чтобы после свергли его самого.

– Он не хотел идти на запад и постоянно был против. Именно потому его больше нет с нами.

– Знаю. Но тех, кто его сбросил, теперь тоже нет. Ого!.. Видел, какая громадина? Ладно. Подумаю еще несколько дней, выясню, что к чему, а потом соберу Гьердрума, тебя и еще нескольких, и мы решим, стоит ли ей помогать. И если да – сколь видимой будет наша помощь.

– Как я уже сказал – решать тебе, но если ты так поступишь, то наверняка пожалеешь.