Хроники Империи Ужаса. Гнев королей

Напряженность вдруг спала, и на него навалилась усталость, смешанная с разочарованием. Он даже не представлял, в каком напряжении пребывал…

Все случилось внезапно. Этриан не замечал ничего подозрительного, пока его мать не отшвырнуло в сторону, а сам он вдруг окаменел, окруженный темным сиянием.

В воздухе затрещало. На Шикая навалилось то же самое чувство, что и перед катастрофой на реке Тусгус.

– Госпожа! Принцесса!

Бросившись вперед, Вартлоккур подхватил жену, не дав ей упасть. В руках Рагнарсона с магической быстротой возник меч, он присел, что-то рыча на западном наречии.

– Этриан! Прекрати! – закричала Мгла.

Шикаю послышалось в ее голосе эхо той, другой женщины.

Он повалил юношу на землю, но тот словно превратился в камень, Шикай стиснул пальцы на его горле.

На стене Ляонтуна засуетились. Беспорядочно забегали телохранители. Король взревел, и его меч рассек воздух над головой Шикая.

Тело юноши выгнулось дугой. Вскочив на ноги, Шикай увидел, как король вытаскивает из земли сломанную стрелу, выпущенную из баллисты и не успевшую завершить свой смертельный полет.

– Я перед тобой в долгу, западник.

Он повернулся к Избавителю. Взгляд юноши был полон безумия. Его мать рыдала на груди чародея. Рот Этриана медленно приоткрылся.

Мимо Шикая прошла женщина в белом, и он услышал далекий голос:

– Этриан?.. О нет! Это не он. Им овладел каменный бог.

– Не может быть, – бросил Шикай. – Мы его уничтожили.

Вместе с Су Шэнем, Панку и лордом Го… Или все же нет?

Вартлоккур мягко передал жену Рагнарсону, – похоже, они все же доверяли друг другу.

– Нет. Не надо, – сказала женщина в белом. – Это я его призвала, и будет лишь справедливо, если я же его и изгоню.

Лицо юноши исказила чудовищная гримаса, будто внутри него шла яростная борьба. Широко раскрыв рот, он пытался вздохнуть, пытаясь поднести к губам руки, которые беспомощно застыли в нескольких дюймах от его лица.

В воздухе затрещало, как и тогда, перед катастрофой на Тусгусе.

Голос Сааманан, казалось, доносился отовсюду и ниоткуда, подобно рыданиям тысяч матерей, узнавших, что случилось с их сыновьями во время злополучной западной кампании лорда Го. Юноша повернулся к ней, побледнев и схватившись за грудь.