Теневая Черта. Звездные ловцы. Звездный Рубеж

А может, еще в детстве.

Ди не любил загадки, и ему не нравилось, когда подводила память. Память была лучшим его оружием. Но этот сангари никак не посягал на его права. Сперва он назвался покупателем. Майкл с интересом наблюдал, как тот проходит мимо его камер наблюдения. Сангари выглядел чересчур толстым и самоуверенным, и в нем неуловимым образом чувствовалась власть. Он нисколько не походил на мелкую сошку, какой мог быть скупщик краденого. Ди ждал, глядя на экран.

Сангари вошел в его каюту и протянул руку:

– Норбон в’Дит.

Подпольные связи Майкла простирались теперь и в сферу деятельности сангари, и иногда ему доводилось иметь дело непосредственно с представителями их расы. Они отличались проницательностью и осторожностью и честно соблюдали деловые договоренности. Их стремление тщательно оберегать тайны родной планеты, семьи и ее главы граничило с паранойей.

Перед ним был глава семьи. И в последнее время имя этой семьи звучало повсюду. Где бы ни действовали сангари, Норбоны всегда оказывались на первом плане.

Майкл пожал протянутую руку:

– Весьма польщен. Чем могу служить?

Он ничем не выдавал охвативших его замешательства и любопытства. Судя по его поведению, Норбон был для него всего лишь еще одним бизнесменом.

Майкл подумал, что тот чертовски молод для главы семьи. Впрочем, в нынешние времена омоложений и воскрешений ни в чем нельзя быть уверенным. На лбу Норбона и в уголках его глаз пролегли глубокие морщины. Он был стар душой, если не телом.

Норбон взглянул на Майкла:

– Как поживает ваша матушка?

Вопрос застиг Майкла врасплох. Подобного он ожидал меньше всего.

– Полагаю, неплохо. Я давно не виделся с родными.

– Да, война многое перевернула. Но помогла кое-кому заработать. – (Майкл едва заметно нахмурился, начиная нервничать.) – А как остальные ваши родственники?

– Тоже не хуже. Нас, Штормов, нелегко прикончить.

– В этом я уже убедился.

Майкл коснулся носком ноги тревожной кнопки. Несколько секунд спустя игломет в руке надежного человека уже отслеживал гостя Ди из-за внешне непрозрачной переборки.

– И меня уж точно не легче всех прочих, сэр. Но мне в вашем присутствии как-то не по себе. Может, все-таки перейдем к делу?

Майкл даже удивился – он никогда еще не высказывал мысли столь открыто. От одного вида сангари его пробирала дрожь.

– У нас с вами семейное дело. В прямом смысле – между моей семьей и вашей. Норбоны и Штормы до сих пор не решили один вопрос.