Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

– Точно, похитили, – согласился я и быстренько выложил подробности, а потом спросил у Маренго: – Слыхали что-нибудь насчет этих «Черных драконов» или насчет их командира, полковника Нортона Вальсунга?

Маренго снизошел до ответа лишь потому, что был гостем дома, в котором ко мне относились с уважением. Повстречайся мы на улице, он бы меня и не заметил.

– Никогда не слышал ни о «драконах», ни о полковнике Вальсунге, молодой человек. Впрочем, в нашей армии было много разных отрядов. Вдобавок организация у нас большая, за всеми не уследишь.

Ну и скользкий же ты тип, Маренго!

– Я тоже с ними не сталкивался. Правда, в Кантарде я, можно сказать, и не был – нас быстренько перебросили на острова.

Вейдер, умиленно взиравший на всех, кто был в кабинете, сказал:

– Гаррет, в ближайшие дни ко мне должны заглянуть наши генералы. Я их спрошу.

Что-то мне не нравится его спокойствие.

– Тебе как будто начхать на Тома, – брякнул я.

– Гаррет, посуди сам, в доме толпа гостей. Ну кто сумеет вынести тело и остаться незамеченным?

– Не знаю, не знаю. Смотри – они пробрались внутрь, у них был некий план, значит и пути отступления они должны были просчитать. Все коммандос-самоубийцы остались в Кантарде, Макс.

Вейдер повернулся к крепким ребятам, мявшимся у дальней стены кабинета:

– Предупредите остальных, ребята. И скажите Гилби, чтоб зашел ко мне.

– И за Киттиджо приглядите, – вклинился я. – Лично я ее так и не нашел. Макс, тут явно не обошлось без колдовства. Стоит на секунду отвести взгляд, как эти хмыри пропадают без следа.

Если принять мое предположение за истину, из него следовало, что «Черные драконы» Вальсунга неким образом связаны с Холмом. Только этого и не хватало для полного счастья!

– Все страньше и страньше, – проворчал Вейдер. – Но почему я? Кому я мог досадить? Колдунов знакомых у меня раз-два и обчелся, да и те, коль разозлятся, мелочиться не станут: раздавят, как жука, и вся недолга.

Он подошел к камину, в котором потрескивали дрова, и уставился на огонь. Потом поманил меня пальцем. Когда я подошел, он спросил шепотом:

– Мне опять достанется, да?

На мгновение Макс Вейдер, глава пивной империи, стал обыкновенным человеком, растерянным и напуганным.