Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

– Почему?

– Что «почему»?

– Ничего. Извини. Присаживайся, Гаррет. А костюмчик тебе к лицу. Это Тэдовы вещи. Ты, наверно, и сам сообразил. Оставь их себе. Кстати, Манвил, распорядись, чтобы Дженорд доставил на дом Гаррету всю одежду Тэда. Ты ведь не возражаешь, правда?

Макс Вейдер привык, чтобы ему подчинялись, поэтому я не стал спорить. Дружба дружбой, а с хозяином не пререкаются.

– Да ты садись, садись. Выпить хочешь? У нас есть пиво. То бишь пивко. То бишь пивушко. – Он повторял эту шутку всякий раз, когда мы встречались.

А встречи наши были редки: могу предположить, мы оба верили, что в разлуке любовь крепчает. Я, во всяком случае, уж наверняка. – Кому же вздумалось на тебя напасть и с какой стати?

– Хороший вопрос. Не знаю. Двое – из твоих рабочих, Макс. Тай обещал выбить из них всю подноготную. У всех были нарукавные повязки. Борцы за права человеков, язви их в душу! Эмблема странная, я такой раньше не видел.

Манвил тем временем принес бочонок с пивом. «Вейдеровское темное», с характерным привкусом.

Должно быть, в раю козы дают именно это пиво вместо молока.

– Непривычно ты выглядишь, Гаррет, – заметил Гилби. – Словно в Тэда перевоплотился.

– Угу, – согласился Вейдер. – Вот позовем хирурга, срежет он ему эту живность с плеча, и будет вылитый Тэд.

Во взгляде Вейдера мелькнула застарелая боль. Мы все знаем, что это такое, потому что нет в Танфере человека, не потерявшего на войне кого-то из близких. Я приложился к кружке и постарался отогнать невеселые мысли о брате.

С отцом было легче – я его почти не помнил.

Вейдер этим себя утешить не мог. И пивом тоже – он не пил ничего, кроме воды, а все потому, что слишком любил пиво и боялся однажды сорваться.

Гилби взял свою кружку (он целый вечер будет тянуть одну-единственную, уж я-то знаю) и уселся в кресло, стоявшее неподалеку от Максова; в этом кресле он обычно дремал вечерами, выпадая из полузабытья, когда боссу приспичивало сгонять в домино.

– Гаррет, я никому не скажу, – проговорил он с таинственным видом.

 – Признайся, это что, новая мода – таскаться по улицам с чучелом на плече? Наверно, я отстал от жизни…

– Подарок друга. – Я многозначительно дернул плечом.

Надеюсь, Покойник дрыхнет и не подслушивает.

Вейдер поглядел на меня, помолчал, затем сказал:

– Значит, Аликс ходила к тебе.

Я кивнул.

– Я ее не посылал.

– Она так и сказала. Но намекнула, что ты меня не выгонишь, если я наведаюсь как-нибудь на досуге.

– Хорошо, что ты пришел.