Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

– Аргх! – В переводе с попугайского это, наверное, означало: «Ну-ну».

– Ты про пташку? Да, мы с ней неразлучны. Жить друг без друга не можем.

– Вообще-то, я имел в виду мисс Тейт.

Бедняга Манвил! Он всегда отличался тем, что все на свете воспринимал чересчур серьезно.

– Расслабься, Гилби, – посоветовал я. – Возьми выходной, в конце концов. Сходи туда, где тебя никто не знает, и оторвись на всю катушку.

Глаза Гилби расширились от силы вот настолечко.

– Совет знатока, вне сомнения. Я поразмыслю над твоим предложением.

– Вспомни молодость, Манвил, иногда помогает.

– В молодости я служил в суде.

– Ох, вот это новость!

Не завидую тем, кто был у него в подчинении: должно быть, он отправлял их в камеру за одну попытку улыбнуться.

– И потом, мистер Гаррет, что-то не припомню, чтобы я позволял себе критиковать ваш образ жизни.

– Уф! – (Ишь как его перекосило!) – Вас понял, мистер Гилби. Вы – редчайшее сокровище. Все прочие критикуют меня почем зря – и мой партнер, и мажордом, и моя подружка, и мой лучший друг, и даже этот пернатый мешок с костями.

Попка-Дурак приподнял веко и изрек: «Аргх!» – тоном, от которого заледенел бы даже хладный труп.

На мгновение мне почудилось, что Гилби улыбнется.

Он не улыбнулся, но я понял, как его достать. Брякнуть что-нибудь невпопад. Что-нибудь этакое, что в здравом уме и трезвой памяти и придумать-то невозможно.

– Значит, так. Тролль, гоблин и варвар заходят в таверну. За стойкой стоит слон. Он говорит: «Мы не обслуживаем…»

– Мыши – это не смешно.

– Ты слышал этот анекдот? – огорчился я.

– Я слышал их все. От Киттиджо. И чем бестолковее анекдот, тем для нее почему-то интереснее. А я вынужден слушать. Но оставим это. Я велел принести несколько ведер горячей воды. Они в твоем распоряжении.

– Гилби, могу я тебя кое о чем спросить?

Он остановился и выжидательно посмотрел на меня: мол, что еще?

– Ты приятель Макса. Его помощник, которому он полностью доверяет. Правая рука. Но зачастую ведешь себя так, словно ты – какой-нибудь привратник.

– Мы то, что мы есть, Гаррет. Мыло, полотенце и чистая одежда внутри. Не забудь сполоснуть после себя, чтобы другие за тобой не мыли. Когда будешь готов, приходи к Максу в кабинет.

– Спасибо. В смысле, за заботу и за все остальное.

Я протиснулся в каморку, предназначенную, по всей видимости, для мытья обслуги. Пол железный, стены тоже. Скорее всего, тут и лошади мылись, не только люди.