Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

– Я с тобой, Гаррет, – неожиданно заявил Морли. – Иди сюда, Рохля.

– Ты? Помнится, ты не собирался марать руки.

– Этих двоих будет маловато. – (Всем известно, что крысюки разбегаются при первых признаках опасности.) – И потом, ты слишком много думаешь. Тебя двадцать раз пришить успеют, пока ты мыслишь. А мне ты нужен живой. Где еще я найду такой замечательный отрицательный пример, ходячий вдобавок?

Может, он и правду говорит. А может, я должен ему энную сумму, о которой благополучно забыл. Ну не верю я в бескорыстие Морли Дотса!

– Тогда поспешим.

Морли прошептал что-то Рохле. Тот кивнул и скрылся за дверью. Морли уставил палец в небо, на луну, и заявил:

– Я готов.

– Спасибо за помощь, – сказал я Релиансу. – Синдж, Фенибро, готовы? – И припустил с места в карьер.

Морли побежал следом, крысюки тоже. Надо сказать, они бежали быстро, но довольно неуклюже. Вообще-то, когда спешат, они скачут на всех четырех конечностях, как гориллы. Напугайте какого-нибудь крысюка – сами увидите.

Попка-Дурак по-прежнему хранил молчание. Хвала небесам! От забытья он очнулся на единый миг, испустил сдавленный, озадаченный вопль и снова затих. Будь на это время, я бы, пожалуй, начал волноваться за Покойника.

54

– Что так долго? – проворчал Шустер.

За время моего отсутствия с ним произошла перемена не то чтобы разительная, но вполне ощутимая: он успел приобрести безвольно повисшую руку, легкую хромоту, пришепетывание и явное нежелание выходить на освещенные места.

– Дела, заботы.

– Посреди ночи?

– Так получилось. Кстати, я привел лучшего нюхача.

Шустер поглядел на крысюков, которые бродили чуть поодаль, принюхиваясь и что-то бормоча.

– Лучшая – Пулар Синдж.

– Она и есть. Вы знакомы?

– Просто наслышан.

Что ж, меня не обманули. Но у каждой медали две стороны: Синдж отыщет Белинду, а это означает, что мне предстоит выяснять отношения с парой главных танферских злодеев.

Загнанные в угол, они наверняка будут драться как звери. Как крысы. Ха-ха.

Что ни говорите, а Садлер с Краском – этакая зловещая стихия, сама себе хозяйка, никому не подвластная и не ведающая преград…

Я подмигнул Синдж. Это ее подбодрило. Она оскалила клыки, состроила гримасу, которая у крысюков означала улыбку.

Смешные они все-таки.