Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

Спасибочки, босс. Я обернулся к мятежным баронам: они глядели на меня так, будто ожидали, что Гаррет сейчас окутается зеленым пламенем. Я же смотрел на них, предполагая, что кто-нибудь вот-вот отмочит полную несуразицу.

Наконец Маренго Северная Англия изрек:

– Макс утверждает, что вы специалист своего дела.

– Стараюсь.

– Еще он утверждает, что вы симпатизируете нашим целям.

– Кажется, я вам сам об этом сказал. – Я слегка наклонил голову: мол, извините за резкий тон.

– Тогда почему же вы не вступили ни в одно из вольных сообществ?

– Не в моем характере куда-то записываться.

– Вот именно.

– Чего?

С парнями вроде Маренго иногда стоит сыграть в дурачка: они начинают тебя недооценивать.

Впрочем, этот фокус не прошел.

– Вы идеально подходите для того, чтобы разузнать как можно больше о «Черных драконах».

Почему бы нет? Я и так уже работаю на всех, кроме принца Венагеты. Может, сойдусь с «Черными драконами», внушу Стоквеллу с Уэндовером, что раскаиваюсь в прежних грехах, и попрошу зачислить меня в ряды и приставить к парню по имени Гаррет – мне он сильно не нравится. Знавал я одного шустрика, Шнырь Пиготта его звали, который столь часто менял личины и служил стольким хозяевам одновременно, что однажды его послали следить за самим собой.

– Гаррет!

– А? Ах да! Звучит заманчиво, осталось финансы обговорить. У меня к этим ребятам свои счеты.

Я погладил макушку. Что-то слишком часто в последнее время ей достается.

– Финансы?

– Естественно. Даже идеалисты нуждаются в прокорме, чтоб ноги не протянуть.

Маренго нахмурился. Давай, скряга, раскошеливайся.

– Заплатите ему, и пускай валит отсюда, – вмешался Бондурант Алтуна. – Мы, значит, короля обдираем, выкуп серебром…

– Вы правы, Гаррет! – воскликнул Маренго, перебивая не в меру болтливого Алтуну.

Он достал из-под куртки кошелек и кинул мне.

Я ловко поймал кошелек на лету. Медяки, говоришь? Поглядим, что за медяки. Я сунул кошелек в карман жилета.

Маренго сдавленно пискнул. Попка-Дурак восхитился бы его произношением. Остальные заулыбались, – похоже, близких друзей в этом скопище пауков у Маренго не было.