Возвращение Черного Отряда. Суровые времена. Тьма

Катакомбы здорово разочаровали парней: добытые сокровища, помимо книг, состояли из нескольких запечатанных кувшинов с зерном. Гунниты, коих в Джайкуре было большинство, своих мертвых не хоронят, а сжигают. Веднаиты, которых было чуть меньше, мертвых погребают, но ничего ценного в могилы не кладут – там, куда попадет покойник, он не будет нуждаться ни в чем. Ни в раю, ни в аду.

– Одна книга – компиляция гуннитских мифов, собранных со всех земель, где живет эта секта. Ее автор был ученым-богословом, и книга писалась для своих, чтобы не смущать простой народ.

– Ну надо же, какое редкое явление, – ухмыльнулся Бадья.

– Так в чем проблема, Мурген? Почему они не хотят нам ничего рассказывать об этой суке? Ого! Видали, как взорвалось?

– Гуннитская вера здесь самая распространенная.

– Мурген, это мы и сами знаем, – хмыкнул Гоблин.

– Я просто напоминаю. И большинство здешних веруют в Кину. Даже не гунниты. А дело было так. У гуннитов есть Князь Света и Князь Тьмы. И правят они с начала времен.

– Ну, это уж как водится…

– Точно. Вот только система ценностей здорово отличается от той, что сложилась в наших родных краях. Здесь равновесие между Светом и Тьмой более динамичное, и эмоционально оно воспринимается не так, как наша борьба зла и добра. Кина же – нечто вроде самовозвысившейся внешней силы разложения и разрушения, борющейся и со Светом, и с Тьмой. Ее создал Князь Света, чтобы одолеть орду кошмарнейших демонов, с которыми никак иначе было не справиться. Она и одолела, сожрав всех этих демонов.

– Это что же, она была сильней богов, ее же создавших?

– Парни, не я сочинял эту чепуху, вот и не требуйте, чтобы я искал в ней смысл. Гоблин, ты у нас везде побывал, но знаешь ли хоть одну религию, которую любой маловер, будь у него хоть капля ума, не сможет порвать в клочья?

Гоблин пожал плечами:

– Циник ты. Такой же, как Костоправ.

– Да ну? Спасибо на добром слове. В общем, там куча типичной мифологической чернухи о мамашах и папашах, о скабрезных, одиозных и инцестуозных выходках богов, имевших место, пока Кина набиралась сил. Это была сущая змея, недаром обман – одно из ее неотъемлемых свойств. Но главный ее создатель, или отец, перехитрил дочурку и наложил на нее сонные чары. Так она с тех пор и посапывает, однако может влиять на наш мир посредством снов. Есть у нее и почитатели.