Возвращение Черного Отряда. Суровые времена. Тьма

Не время кочевряжиться.

– Никакой это не туман, Мурген. Это дымка, и она не мешает свету – она сама светится.

– Чушь собачья. Когда в их лагере пожар, его отсюда видно.

– Это что-то другое, Мурген. Тут работают две силы одновременно.

– Три, недоумок, – заявил подошедший Гоблин, дыша пивным перегаром.

Как видно, на тайной пивоварне дела идут замечательно, с кавалеристами все устроилось наилучшим образом, и Гоблину с Одноглазым удалось выкроить время, чтобы помочь Черному Отряду с обороной Дежагора.

Да помогут им боги, если Могаба узнает, как они распоряжаются предназначенным для лошадей зерном.

– Что?! – гавкнул Одноглазый. – Мурген, этот тип – просто ходячая провокация!

– Гляди сам, голова садовая, – возразил Гоблин. – Уже начинается.

Одноглазый замер и испуганно ахнул. Я же, будучи невеждой в черной магии, уловил суть происходящего не столь быстро.

В клубах сияющей пыли змеились тончайшие тени, и между ними сновало взад-вперед нечто похожее то ли на ткацкий челнок, то ли на паука.

Недаром его зовут Тенекрутом.

Мерцающее облако разрасталось, светило все ярче.

– Вот же гадство, – пробормотал Гоблин. – Что будем делать?

– Именно это я уже пять минут пытаюсь от вас, шутов проклятых, узнать! – рявкнул я.

– Гм…

– Может, сюда обратите внимание, если там ничего сделать не можете?! – заорал Бадья. – Мурген, эти дурни забросили слишком много кошек; мы не справляемся… А, ч-черт!

Еще один рой крючьев, просвистев в воздухе, накрыл стену.

Ребята усердно работали ножами, мечами и топорами. Двойники маячили вокруг с самым угрожающим видом. Кто-то из наших проворчал, что, имей он хоть каплю ума, наточил бы нож загодя.

– Меньше бы по бабам шлялся, на все бы время нашлось! – напомнил Рыжий Руди.

Естественно, среди джайкурийских женщин нашлись готовые на все, лишь бы выжить.

Я принялся рубить веревки, однако не забывал присматривать за свечением и тенетами, плетущимися внутри его.

Гоблин взвыл – его чиркнуло прилетевшей из-за стены стрелой. Рана на щеке была самой пустячной – стрелы доставали нас уже на излете. Гоблин был зол оттого, что судьба осмелилась показать ему зад.

Он пустился в пляс. Из его уст исторгались мощные заклинания, без преувеличения окрашенные в пастельные тона.