Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы

Замок все больше напоминал дом, люди постепенно в нем обустраивались, а Вартлоккур и Старец все меньше вмешивались в его жизнь.

Вот Старец выходит во двор, где плотник и кузнец ссорятся с каменщиком насчет ремонта внутренней стены. Их ссора и все прочие голоса смолкают, за исключением песни дудки, – дудочник ничего не боится. Остальные же опасаются человека, который никогда не умрет, хотя сам он не сделал ничего такого, чтобы вызвать у них этот страх.

Вот Вартлоккур выходит во двор, где прыгают через скакалку под звуки дудки четыре маленькие девочки.

Сперва он весело наблюдает за ними из тени, не видимый никем. Однако, когда он появляется, чтобы спросить, как называется песенка, девочки убегают. Ему становится грустно. Остается лишь дудочник – он не боится Мясника Ильказара.

Полные душевной боли, оба отдаляются от слуг. Старец становится все раздражительнее, Вартлоккур все молчаливее. Однако обоих утешает осознание: есть нечто, преобладающее над страхом, – время. Придут и уйдут поколения, они же продолжат жить.

Однажды перепуганные дети станут дедушками и бабушками других детей – и страх вымоется, словно соль земли.

Столетие спустя люди уже не боятся своих господ. Старец может спокойно разговаривать с плотником, и ему уже не приходится делать вид, будто он не замечает его дрожащих коленей. Вартлоккур держит конец скакалки играющих детей, а они благодарят его и называют дядей Вартом.

И всегда есть дудочник, который ничего не боится.

Миновал век, принеся с собой свойственные ему перемены.

Однажды за завтраком чародей сказал:

– Я сто лет не заглядывал в будущее и подумал, что…

– Туман так и не рассеялся над твоей линией жизни? – Лицо Старца прояснилось. Пророчество давало возможность развлечься. – Отправимся в Башню Ветров?

– Однозначно, – ответил Вартлоккур, заметив возбуждение собеседника. – Будь у меня какой-нибудь бог-хранитель, я бы ему помолился.

– Мне запечатать дверь? – спросил Старец, когда они вошли в мастерскую чародея.

– Да. Мне не хотелось бы, чтобы кто-то случайно сюда вошел.

Старец произнес быстрое короткое заклинание, и дверь стала частью стены.

Вартлоккур подошел к столу, на котором лежали магические и некромантические инструменты, нетронутые с тех пор, когда он в последний раз заглядывал в будущее. За последние сто лет он почти ничем не занимался, предаваясь чтению и теоретическим исследованиям природы магии. Но теперь он понял, что не утратил ни знаний, ни опыта.