Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы

Ни Ива-Сколовда, ни Двар не в состоянии их удержать – к ним нет доверия.

– А следующим летом они снова увидят нас на своей территории, только на этот раз будут слабее, – задумчиво проговорил Вальтер.

– Во всяком случае, звучит неплохо, – пробормотал Брок. – Однако я бы предпочел иметь лучшее представление о том, что происходит.

– Тебя, – сказал ему Турран, – я назначаю главным на время осады. Обеспечь, чтобы эта груда камней стала неприступной. А теперь нужно сообщить остальным. Не делайте столь серьезных лиц, пусть сочтут все это неплохой шуткой.

Турран и его братья отправились в Большой зал, где сообщили всем о предстоящей осаде.

Сальтимбанко и Непанта долго шли по холодным коридорам, пока не добрались до ее покоев в Колокольне. Сев на табурет перед пяльцами, Непанта занялась вышиванием. Сальтимбанко поудобнее устроил свою тушу в большом, набитом гусиным пухом кресле напротив камина. Служанка Непанты принесла подогретое вино и тут же исчезла.

Комната Непанты, возможно самая обустроенная во всем Вороньем Грае, была полна типично женских вещей. В углу висело забытое летнее платье, на краю туалетного столика, уставленного косметикой, которой она редко пользовалась, лежала поспешно брошенная кружевная шаль. Ковры на полу, гобелены на стенах, сами запахи, которыми был насыщен воздух, – все однозначно говорило о том, что комната эта принадлежит женщине.

В комнате царила столь тихая и уютная атмосфера, что Сальтимбанко начало клонить в сон.

Касаясь вышивки волосами, Непанта бросила на гостя взгляд, который наверняка удивил бы ее саму, знай она, что промелькнуло в ее глазах, а потом задумалась. Ей казалось, будто он появился на свет уже полностью взрослым, незадолго до прибытия в Ива-Сколовду.

Прошлое? Было ли у Сальтимбанко вообще какое-либо прошлое? Да, было – хотя мало кто из мужчин мог бы гордиться подобным.

Самые ранние его воспоминания относились к воровскому детству, проведенному в обществе слепого алкоголика-садху, который был отнюдь не святым человеком, но законченным мошенником, что наложило свой отпечаток на всю последующую жизнь Сальтимбанко. Этот отшельник-садху бродил между Аргоном, Некремносом и Троесом, время от времени совершая вылазки в Матаянгу. Именно он внушил Сальтимбанко крайнее презрение к честному труду.