Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы

И кому же она обязана происшедшим с ней переменам? Даже Турран это заметил. Тебе, толстый рыцарь.

Непанта весело посмотрела на Вальтера.

Сальтимбанко же, привыкшего принимать самые невероятные похвалы в свой адрес, на этот раз смутила столь не присущая характеру Вальтера речь – что не помешало ему остаться.

– Послушай меня, сестра, – продолжал Вальтер. – Послушай, о ветер, стонущий, словно умирающий дракон. Кто спас дух побежденного клана? Кто вернул душу лишенным души? Человек, столь умно играющий роль глупца! Думаю, он вовсе не глупец, но самый хитрый негодяй из всех актеров и шутов!

Несмотря на робкую улыбку, Сальтимбанко вспотел от страха.

Непанта, заговорив, прервала поток его мыслей:

– Вальт, с чего ты вдруг стал столь банальным? Неужели?.. – Она демонстративно прикусила язык, скорчив язвительную гримасу, затем, уже с нормальным выражением лица, продолжила: – Я сейчас скажу нечто неприятное.

Оба запротестовали, но она жестом заставила их замолчать:

– Кому, как не мне, лучше всего знать, кем я стала?

Она рассмеялась. Лицо Сальтимбанко выражало крайнюю степень притворного ужаса, словно она только что разрушила некую безумную философскую доктрину.

Однако, когда толстяк наконец заговорил, в словах его не было ничего философского.

– Горе мне! – воскликнул он. – Послушайте, как воет старый Ледяной вихрь! Меня бережет разумно набранный слой жира. Я избрал путь сознательной и запланированной тучности, но даже я могу превратиться в замерзший камень над горным ручьем. И потому умоляю вас, господин и госпожа, – не могли бы мы все вместе перейти туда, где горит теплый огонь?

Один лишь взгляд на гранитное небо, поднимающиеся клубы снега и окружавший их со всех сторон бесплодный край убедил обоих в мудрости слов Сальтимбанко.

– Хей! – крикнул Вальтер, передразнивая Сальтимбанко. – И снова этот человек прав! Как насчет горячего меда в Большом зале? Теплый огонь, подогретое вино, баранья ляжка и дружеские беседы. Идем.

– Иду, – легко рассмеялась Непанта. – Но от баранины я, пожалуй, откажусь. Жена Рыжебородого Астрид сказала, что избыток мяса вредит цвету лица.