Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы

Мой отец… ну да, он у меня был, не вижу причин удивляться… обычно говорил: «Если не можешь сказать ничего приятного, лучше держи свой проклятый язык за зубами».

– Это может закончиться в любой момент! – бросила Непанта. – Просто прикажи бородатому распутнику отпустить меня.

– Похоже, между вами стоит некий невидимый барьер. Отсутствие взаимопонимания или что-то вроде того. Возможно, вы оба просто не желаете слушать друг друга. У меня есть идея. – Голос Старца стал мягким – словно шелк, сладким – словно мед, словно покрытый сахаром кинжал.

 – Я придумал, как он сможет добиться своего, Непанта. Я наложу заклятие на твои мысли, и тебе придется сделать то, что нужно.

Вартлоккур бросил на него яростный испепеляющий взгляд. Старец невозмутимо улыбнулся в ответ, и, по мере того как он смотрел на потрясенно умолкшую Непанту, улыбка его становилась все шире. Бездумно взяв с подноса кубок с вином, она спросила Вартлоккура:

– Он действительно может это сделать?

– С легкостью. И твое мнение о собственном муже станет еще хуже моего.

Одна мысль о том, что он может до тебя дотронуться, будет невыносимой.

Она уже не в силах была скрыть охвативший ее ужас:

– Это отвратительно, мерзко! Почему же ты еще до сих пор так со мной не поступил?

– Я вот тоже думаю – почему? – проворчал Старец. – Это избавило бы нас от множества хлопот…

– А я тебе говорю, что мне не нужна рабыня! – рявкнул в ответ Вартлоккур. – Мне нужна полноценная женщина.

– Но ведь пока что у тебя даже тени этого нет? – еще более притворно-сладким голосом спросил Старец.

 – Ничего, кроме душевной боли, которую причиняет тебе какая-то сучка с ослиными мозгами… Проклятье! Теперь уже ты меня к этому вынуждаешь!

Вартлоккур и Непанта потрясенно застыли с раскрытыми ртами. Старец покачал головой. В любом случае он только что показал Непанте, что их союз – не более чем фасад, что в их взаимоотношениях тоже растет напряжение. Возможно, пока она ничего не может с этим сделать, но потом… Сейчас его слова лишь ранили, и, как он подозревал, куда сильнее, чем любые сказанные Вартлоккуром.

Сделав большой глоток вина, она поспешно вышла. Плечи ее поникли.

– Прекрасная женщина, – сказал Старец. – Преданная и с характером. Извини. Не сдержался.

– Понимаю. Мне тоже часто приходится брать себя в руки, чтобы не сказать то же самое.

Вартлоккур с трудом сдерживал гнев. Однако ссориться пока не стоило – кризис был столь близок… Ему требовались союзники, пусть даже преданные лишь наполовину.