Хроники Империи Ужаса. Крепость во тьме

Уверенность в себе еще больше оставила Насефа, когда он увидел кинжал-убийцу. Казалось, тот нес в себе некое личное послание от культа харишей, неизвестное даже самому Эль-Мюриду.

Между Насефом и Непобедимыми шла тихая борьба за власть. Эль-Мюрид, вовсе не будучи столь невежественным, как полагали некоторые его последователи, знал о ней и надеялся использовать ее, чтобы подавить стремление Насефа к независимости. Порой ему казалось, что шурин пытается создать собственную империю. Больше же всего Эль-Мюриду хотелось найти рычаг воздействия на Насефа, который позволил бы ему вырваться за пределы Себиль-эль-Селиба.

Жизни в заточении он больше выносить не мог.

Однако он не стал упоминать о настоящих поводах для недовольства, которые давал ему военный генерал.

– Бич Господень, ты хвастался, будто можешь одним лишь словом собрать двадцать тысяч воинов?

– Именно так, о Просвещенный.

Эль-Мюрид с трудом подавил усмешку. Насеф преувеличивал, и ему предстояло за это поплатиться.

– Скажи свое слово, генерал.

Собери своих воинов. Я решил двинуть войска на Аль-Ремиш.

Насеф помедлил, глядя на Непобедимых, но не нашел в их взгляде ни капли сочувствия. Это были преданные псы Эль-Мюрида, готовые исполнить любой его приказ. Он посмотрел на кинжал, затем на Эль-Мюрида:

– Как прикажешь, мой повелитель Ученик. Я сейчас же разошлю известие о призыве. – Он прикусил губу.

Эль-Мюрид слегка удивился – он не ожидал, что Насеф столь легко согласится.

– Тогда иди. Уверен, у тебя будет много работы.

Я хочу начать как можно раньше.

– Воистину, о Просвещенный. Прежде чем двинуть войска на Аль-Ремиш, нужно основательно подготовиться. Пустыня недружелюбна к солдатам.

– Она – творение зла и, естественно, служит ему. Но ее можно победить, так же как и само зло.

Насеф молча поклонился и вышел.

Эль-Мюрид не упускал его из виду. Не все Непобедимые носили белые одежды и служили в отрядах. Некоторые оставались тайными членами братства, исполняя роль шпионов для командиров.

Насеф сдержал слово.

Он послал гонцов и собрал капитанов, которые тут же занялись решением проблем, связанных с переходом большого войска через пустыню. Удовлетворенный, Эль-Мюрид почти о нем забыл.

Затем ему удалось провести редкий вечер в кругу семьи.

Личная жизнь Ученика потрясла бы консервативных Непобедимых. Но Эль-Мюрида многому научила попытка убедить Мерьем свидетельствовать в его пользу на суде. Их союз был союзом равных, но они скрывали его за запертыми дверями.