Седая оловянная печаль. Зловещие латунные тени. Ночи кровавого железа

Массовые убийства – три. Воровством уже занимаются, об этом у тебя голова может не болеть. Генерал… Мне и доктору необходимо осмотреть его. Что касается другого убийцы, единственный путь – продолжать расспрашивать людей, само собой, исключая подозреваемых.

– Не учи ученого, Морли.

– Ладно, надо же, какой обидчивый. Я просто думаю вслух.

– Ты согласен, что Деллвуд и Питерс – маловероятные кандидатуры?

– Конечно. Старик прикован к постели, и к тому же у него совсем никаких мотивов.

О генерале я даже не подумал.

– Кид староват для такого темпа и недостаточно силен.

– Возможно, хотя нападать исподтишка и врасплох – обычное дело для убийцы, а на это способен и пожилой человек.

– Пожалуй. Дальше Уэйн – хочет жениться на деньгах. И кто же остается?

– Чейн.

Жирный, отталкивающий субъект. Я с первого взгляда почувствовал к нему неприязнь.

– И дочка. И возможно, кто-то со стороны. Не говоря уж о тех, кто просто покинул дом, а не пал от руки убийцы.

– Подожди-ка, о чем ты?

– Предположим, Снэйк Брэдон вызвал трех.

Я не помнил. Одного вычеркнули. Это я слышал. Но если кому-то полагалась часть наследства, даже если он сейчас отсутствовал и все думали, что он ушел насовсем или умер, – у него были веские причины и удобная позиция, чтобы совершить эти злодеяния, а потом вернуться как ни в чем не бывало.

– Кто бы ни убил Хокеса, он направлялся к дому.

– Ты потерял след.

Верно.

– Если это сделал кто-то не живущий в доме, значит он не знает, что генерал сжег завещание.

– И продолжает свое черное дело.

Опять же верно.

– Кто-то пытался зарубить меня.

– Но это могло быть связано с другими преступлениями.

– Морли, отстань, у меня и так уже крыша едет от этой чертовщины.

Он взглянул на меня и криво усмехнулся:

– Точно, рожа у тебя преглупая.

– Я толкусь на месте и тороплю события. Когда нехорошие мальчики нервничают – они делают ошибки и сами себя выдают.

Морли хихикнул:

– Сообразительный ты парень, Гаррет. Что, если преступником был Тайлер?

– Запросто.

– Кстати, кухарка. Она торчит здесь четыреста лет, и ей вполне могло прийти на ум, что генеральское семейство обязано выделить ей кусок пожирней, чем старик собирался ей дать.

Что ж, может быть. Тролли – это другая раса, и голова у них устроена по-другому. Если кто-нибудь мешает троллю, он просто сметает неосторожного со своего пути.