Седая оловянная печаль. Зловещие латунные тени. Ночи кровавого железа

Я понял, какие последствия это может иметь.

– Ясно какие. Значит, убийца, если он знает о копии, не остановится. Кто знает?

– Деллвуд и Кид. Они были там. Да все знают, что генерал всегда делает несколько копий.

– Куда вы ее положили? Дайте мне ключ, я схожу за ней. А вы ступайте займитесь стариком.

Питерс грозно взглянул на меня. Я понял, о чем он думает. Что я собираюсь устроить у него обыск.

– Разве вам есть что скрывать? – спросил я.

– Сукин ты сын, Гаррет. Все время пакостишь.

– Вам есть что скрывать?

– Нет! – вспыхнул он.

– Тогда сделайте это сами. Я поверю вам на слово.

Мне вспомнился пожар в конюшне. Не Пит ли его виновник? Я ведь там попал в ловушку и вынужден был рассчитывать лишь на собственное мужество и ловкость.

Он отдал мне ключ:

– В ящике письменного стола.

Кухарка прошествовала наверх, лестница трещала под ней.

– Мы дело будем делать? – осведомилась она. – Или языком чесать?

Молодец тетка. Старику с ней не сладить. Она его просто придавит своей тушей, а там – ругайся он, сколько душе угодно, ничего не поможет.

– Спасибо, – поблагодарил я ее.

Она криво усмехнулась:

– За что? Он мне как сын, понимаешь?

– Да.

Я проводил взглядом Питерса. Он поспешил догнать остальных.

Никогда в жизни генерал не попадал в такое затруднительное, тактически невыгодное положение. Ему нечем припугнуть ни Морли, ни Плоскомордого, ни доктора, ни кухарку. И у него должно хватить мозгов не прогонять Питерса, иначе он останется практически без всякой помощи.

Я подозревал, что стоимость его быстро падает.

Я нащупал в кармане ключ Питерса, осмотрелся. Мне казалось, что за мной наблюдают, но никого вокруг не было. Наверное, опять блондинка. Интересно, где все? Работают, наверное. Хоронят оживших мертвецов. Приятное местечко, черт возьми!

31

Опять что-то не так – дверь в комнату Черного Пита оказалась не заперта.

Я применил старый прием: схватил щит, ногой распахнул дверь и ворвался внутрь. И опять ничего не обнаружил.

Черт возьми. Сколько шутников в этом проклятом сарае! Я прислонил щит к деревянному косяку, поставил рядом свой увесистый аргумент и подошел к письменному столу. Комната была зеркальным отражением моей. Я сел на абсолютно такой же стул за абсолютно такой же стол.