Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Можешь спросить генерала Тупа, но не думаю, что он станет сотрудничать. Поищи Джимми Два Шага.

– Два Шага?

– Это имя они выдали. Оно тебе знакомо?

– Незнакомо. Но таких слишком много, чтобы уследить за всеми. Танфер – как дохлая собака, а подобные люди – как блохи.

– Они упоминали еще «Книжную лавку Райзина».

Белинда нахмурилась – и при этом освещении стала выглядеть куда старше.

– «Книжная лавка»?

– Вспомни времена, когда мы познакомились, – осторожно сказал я. – Это одно из тех местечек.

Тогда Белинда всеми силами пыталась медленно покончить с собой в худших забегаловках, какие только есть в Танфере. «Книжная лавка» была одним из мест, где я помешал ее самоуничтожению.

– Должно быть, я была совсем на дне. Вообще ее не помню.

– Это поганое заведеньице на колесах.

– Не часть семейного предприятия?

– В ту пору – нет. Сомневаюсь, чтобы теперь появились причины это изменить.

– С «Книжной лавки» и стоит начать.

Она постучала по деревянной крыше над головой:

– Маркус!

Панель отодвинулась, появилось лицо охранника.

– Мадам?

– Долго еще?

– Минуту. Максимум две.

– Превосходно, – кивнула Белинда и обратилась ко мне: – Знаешь местечко «Огонь и лед» на Северной стороне?

– Нет. Меня отлучили от столь полезных знаний.

– Ты его найдешь. Ступай на север по Гранд-конкорс, пока он не перейдет в обычную улицу. Когда приблизишься к Кварталу Эльфов, спроси любого, тебе объяснят, как пройти.

– И я отправляюсь в «Огонь и лед», потому что?.

– Там Морли. Я не хочу перевозить его, пока он не сможет передвигаться сам.

Морли – мой друг. Ради него я обязан лезть из кожи вон. Но я сомневался, что мне говорят всю правду.

Белинда поняла.

– Гаррет, я не использую тебя в своих целях. Позаботься о Морли. А я позабочусь о Тинни. И о ее семье, если возникли торговые конфликты.

Такое не приходило мне в голову. А ведь могли найтись магнаты, способные на столь сомнительную тактику.

Экипаж остановился.

– Приехали.

Не успел я опротестовать ее предположения, как Белинда открыла дверцу и вытолкала меня.

Она относилась к людям, чьи ожидания становятся невысказанными приказами.

7

Я подвернул ногу, не очень сильно, приземлившись на булыжники на Макунадо-стрит перед своим старым домом. Дом все еще был моим, хотя я больше не жил здесь и давненько сюда не наведывался.