Хроники Черного Отряда. Книги юга: Игра Теней. Стальные сны. Серебряный клин

В этом парням помогал Гоблин, пока погоня не унеслась на юго-восток. Раненые собирались утром двинуться на север.

Я объяснил, где следует нас ждать, и вернулся в седло.

Моя задница была совсем стерта, я еле держался верхом, однако что-то влекло меня вперед. Задумываться о природе этой тяги вовсе не хотелось, иначе пришлось бы жестоко высмеять себя за сентиментальность.

Никто не возражал, разве что Мэзер, похоже, малость усомнился в моем рассудке. Я слышал, как он шептался с Мургеном и тот велел ему заткнуться.

Я поехал впереди, бросив поводья и велев жеребцу искать коня Госпожи. Никогда не пытался определить степень разумности этих зверюг, однако попробовать стоило. Конь пошел шагом – чуть медленнее, чем мне хотелось.

Уж не знаю, сколь долго мы ехали. Не было возможности измерять время. Довольно скоро я задремал, потом резко проснулся и снова сомлел. Наверное, то же происходило и с остальными. Конечно, можно было всех, и себя в том числе, вздрючить, чтобы бодрствовали и бдели, но какой в том толк? Хотя, если подумать, толковые-то в деревне остались, в тепле, десятый сон видят…

Наконец сквозь полудрему я увидел, как впереди, в полумиле, озарился пламенем, словно взорвавшись, гребень холма.

– Вперед, мой конь!

Было достаточно светло, чтобы отважиться на рысь.

Через минуту мы достигли участка земли, усеянного дымящимися, корчащимися телами.

Пылающие деревья высветили во тьме мчащийся силуэт гигантского волка с волчонком, клыками и когтями вцепившимся в шкуру старшего.

– Что за дьявольщина?! – воскликнул Мэзер.

– Может, это Меняющий Облик? – предположил Мурген.

– Не исключено. Ведь он где-то рядом. Госпожа! – крикнул я в сторону полыхавших деревьев.

Пожар угасал под дождем.

Сквозь треск едва пробился звук, который мог быть ответом на зов.

– Где вы?

– Здесь!

Что-то зашевелилось среди россыпи мелких камней.

– Гоблин! Где ты, черт тебя подери?

To был не Гоблин. То была Госпожа. И я даже не видел, сильно ли ей досталось, – не хватало света. Но не было сомнений, что она ранена. И я повел себя не как врач, а как последний болван: присел, подхватил ее на руки и стал укачивать, словно младенца. Совсем из ума выжил.

Стоит человеку записаться в Отряд, и через минуту он начинает заниматься самыми бессмысленными вещами.