Хроники Черного Отряда: Портал Теней

Пока я транспортировал его в штаб, пришлось выслушать немало «лестных» слов. Пропихнув бочку в дверной проем, я закатил ее в мой уголок. Недомерок, должно быть, забыл, что лишь благодаря моей заботе не бултыхается в рассоле, рискуя захлебнуться. А то ведь была у братьев идея добавить в емкость десяток галлонов.

Один из писарей спросил:

– Сударь, может, ты ее под стол задвинешь, чтобы проход не загораживать?

– Не влезет.

– А если закатить? Давай помогу.

Вместе у нас получилось. Я надеялся, что Старик все рассчитал.

Мне было вовсе не жаль вредного коротышку. Сам виноват.

– А что с моими бумагами?

– Не волнуйся.

– Но… – Мой рабочий стол, как всегда, пребывал в беспорядке.

– Лучше собери передвижной лазарет. Конные разведчики скоро отправятся.

Разумно. У меня осталось мало времени на сборы.

– Но…

Не дав договорить, меня буквально вытолкали из штаба.

В лазарет ворвался солдат.

– Вашу мамашу! – Я успел собраться, и для ампутации или другой серьезной операции пришлось бы доставать из фургона вещи. – В чем дело?

За носилками вошли Молчун с Гоблином. Человек-жаба объяснил:

– Третий. Нужно привести его в чувство, чтобы расспросить.

Солдаты поспешили смыться. Никто не хотел связываться с колдунами. Носилки опустили на пол, а мне необходимо было переложить пациента на стол.

– Чего ждем, ребятки? Поднимаем! Что с ним?

– Неудачная попытка самоубийства, осложненная чрезвычайной глупостью и безответственным отношением к гигиене, – ответил Гоблин.

Я заметил порезы на запястьях. Поперечные, неглубокие. От тупого ножа. Третий явно не был тверд в своем решении свести счеты с жизнью.

– Надо его привязать.

Пока колдуны этим занимались, а я готовил нюхательную соль, появился Капитан:

– А почему он в одежде?

Я нахмурился.

– Одноглазого с Гоблином ты раздевал, – заметил Капитан.

В одном случае у меня было достаточно помощников, а в другом – пациент разделся добровольно.

– Как прикажешь. Ребята, развяжите его.

Раздев Третьего, мы снова его привязали.

Я осмотрел парня. Ничего подозрительного, если не считать запущенного фиолетового грибка и целого стада вшей. Вонял он не меньше Одноглазого, хотя сходных язв на теле не было.

– Зачем он себя порезал? – спросил Капитан.

Я протянул ему нюхательную соль:

– Сам спроси.