Сердце кошмара

Перед ними все также маячил светловолосый парень в странной шляпе, завлекая прохожих внутрь, но те почему-то не особо горели желанием посетить магазин, просто молча проходили мимо.

И Асмер их понимал. Выйдя на улицу, в прохладу осеннего Атифиса, он точно знал – сюда он больше не вернется.

– К черту, – сказал Асмер, поджигая кончик сигареты спичкой. – К черту это все. К черту этого Недларда, к черту Брестона, к черту все. Что он вообще несет? С чего взял, что я завтра потащусь куда-то на рассвете? Видимо, он, и правда, не в себе.

Раздражение, заполнившее мозг, достигло пика, и никакой табак не мог ее притупить, лишь распаляя раскаленный до бела тлеющий фитиль. Голова раскалывалась, а солнечный свет резал глаза, застланные пеленой злости на весь окружающий мир. По делу Асмер не продвинулся, и, в который раз за несколько дней, не знал, что делать. Это его бесило.

Та надежда, что он возлагал на лавку братьев Шульц обрушилась, столкнувшись с чем-то. Но с чем? – Асмер так и не понял. И не хотел понимать.

– Да пошло оно все, – выругался он, выкидывая докуренный до фильтра бычок в окно. – Подойду к Эгрину и скажу, что не справился. Пусть делает, что хочет. Это все мне уже осточертело.

X

Возле полицейского участка толпилась куча людей. Каждый из них пытался перекричать другого, махая в воздухе блокнотами и тетрадями. Среди общего гула их голосов, разобрать отдельные слова было нельзя. Асмер и не пытался, молча наблюдая за происходящем со стороны, сидя на лавке.

– Крысы, – подумал он, – разинули свои пасти, в надежде, что кто-то кинет им кусок мяса, чтобы затем, сытые, они побежали красочно расписывать подачку в своих газетенках и журналах. Как же мерзко.

Тем не менее, Асмер тоже ждал, не присоединяясь к пиру, лишь наблюдал со стороны, с отвращением ожидая кровавую трапезу. Люди под дверями продолжали кричать что-то стоявшему под навесом крыльца патрульному, а тот раз в несколько минут, невозмутимо декларировал:

– Ожидайте.

Асмер сплюнул на асфальт. Он, конечно, мог спокойно зайти в участок и выяснить, в чем же там дело, что, по всей видимости, все газетчики Атифиса собрались под окнами полицейского участка. Однако, не делал этого, чувствуя непонятное отвращение к этому месту и людям, что находились за белыми стенами красивого здания с колоннами.

– Эй…Добрый день… – окликнул он мужчину в широкополой шляпе, спешившему присоединиться к толпе.