Хроники Черного Отряда: Книги Мертвых

– У меня была горячка. Просто ноги не держали. Я попробовал добраться сюда, но был так слаб, что лишь зря потратил время. Пришлось вернуться домой.

– Зачем же ты пришел сегодня? – Полный разворот – теперь в голосе ощущалось сильное беспокойство.

– Чуть-чуть полегчало. У меня тут много дел. Очень не хотелось бы потерять эту работу, шри. Книги – ни с чем не сравнимый кладезь мудрости…

– Где ты живешь, Дораби?

Я взяла метлу, но это не остановило Сантаракситу. Он шел за мной по пятам. Взгляды, которыми провожали нас люди, свидетельствовали о том, что Сантараксита снискал себе репутацию любителя мальчиков.

Вопрос не застал меня врасплох, ведь я знала, что главный библиотекарь пытался выяснить, где я живу.

– Снимаю комнатку на берегу, в Сираде, вместе с несколькими товарищами по службе в армии.

Довольно обычная ситуация для Таглиоса, где мужчин почти вдвое больше, чем женщин. Мужчины стекаются из бедных провинций – в надежде устроить свою судьбу.

– Почему ты не вернулся домой, когда кончилась служба, Дораби?

Ой-ой!

– Шри?

– Твоя мать, брат с его женой, сестры, их мужья и дети все еще живы там, где прошло твое детство.

Ой-ой! Проклятие! Он что, съездил туда и своими глазами их всех увидел? Есть же типчики, обожающие совать нос в чужие дела!

– Я всегда не ладил с семьей, шри. – Это уже откровенная ложь по отношению к Дораби Дею Банержаю. Он-то, насколько я знаю, очень дружил со своей семьей. – Кьяулунские войны сильно изменили меня, я стал совсем другим человеком.

Я надеялась, что воображение подскажет Сантараксите, как лучше интерпретировать мои слова. Он клюнул.

– Понимаю.

– Благодарю за заботу, шри. А сейчас прости…

Я приступила к работе. Трудилась машинально, целиком погрузившись в свои мысли. В интересах дела я должна поддаться на уговоры Сантаракситы.

Но старики недаром называют меня смышленой. Спустя некоторое время я придумала, как направить дальнейшие события в желаемое русло, без того чтобы Сурендранат Сантараксита подвергся серьезному эмоциональному или нравственному риску. Уж точно риска будет не больше, чем при попытке библиотекаря проследить за мной до дома, когда я послала Тобо вывести его наружу.