Дьявол из Саксон-Уолл. Поспеши, смерть! (сборник)

– Продолжай работать, – отозвался тот. – Вижу, ты уже почти закончил?

– Да.

Немного постояв, Пэшен снова приступил к делу. Взглянув на его неуклюжие руки, Джонс решил, что при таком темпе работа завершится не скоро, снова улегся на пожухшую траву и накрыл лицо шляпой, чтобы защититься от слепящего солнца. Старые вязы на краю поляны были тяжелы от зноя. Их густые кроны всей массой колыхались на легком ветерке, смешиваясь с синевой безоблачного неба. Сухую землю под деревьями почти полностью вытоптал скот, укрывавшийся в их тени, а окаймлявший лужайку папоротник выгорел и побурел на солнце.

Через четверть часа Пэшен отнес инструмент в сарай и вернулся с косилкой и березовой метлой. Он тщательно вымел площадку для гольфа и, как положено, бросил за обоими воротами по горсти свежескошенной травы.

Джонс прикинул, как лучше иметь дело с такой смутной и загадочной субстанцией, как разум Пэшена, и решил, что внезапная атака обеспечит самый лучший и быстрый результат.

– Пэшен, – произнес он резким тоном, снова подойдя к работнику, – что задумала твоя жена?

Реакция Пэшена оказалась неожиданной: он ошалело уставился на Джонса, вытаращив глаза, потом судорожно скривил рот и выпалил:

– Если б я знал! Я чуть не помер! Ей-богу, чуть не сдох! А мистер Миддлтон как раз должен вернуться! Я ей говорил, что это бесполезно.

– Расскажи мне об этом.

Пэшен бросил на землю пучок травы, сорвал новый и провел им по бровям.

– Да это все старая чертовка, моя теща, – произнес он. – Я не могу здесь говорить, мистер Джонс. Приходите после чая в «Долговязый парень», там я вам расскажу, если хотите. – И он хитро улыбнулся, предвкушая бесплатный эль.

– Нет-нет, – возразил Джонс, – говори здесь и сейчас. Мы одни. Ты ведь быстро со всем справился. Еще и пяти часов нет. Давай сядем вон под теми вязами, покурим и поговорим.

– Только не под вязами, – покачал головой Пэшен. – Они опасны. Лучше вон под тот дуб. На нем еще нет гусениц, верно?

– Нет, – ответил Джонс, понятия не имевший, когда на деревьях появляются гусеницы.

– А вы не выдадите меня матушке, если я вам расскажу?

– Конечно, нет, – заверил Джонс, решив, что пора ускорить разговор. – Слушай, Пэшен. Я хочу спросить вот что. У вас когда-нибудь был сын?

– Понятное дело. Матушка отдала его.