Поспеши, смерть!

Если бы знала, я бы его предупредила, хотя не знаю, была ли бы от этого польза. Но во мне это недостаточно сильно, нет ясности. Наверное, дело в том, что я не слишком хорошо знаю этого человека.

– То есть это не кто-то из твоих родных?

– Нет. И не Стюарт, я думаю, которого мы знаем с младенчества. И не ты, Миган. Если бы так, я бы, наверное, знала.

– Ну, это уже что-то! – Миган ощутила неожиданное облегчение и тут же воскликнула: – Но знаешь, Кэтлин, я не стала бы сейчас об этом думать. Может быть, просто ты устала и все от жары?

– Но я знала сегодня утром, до прихода в Дафни.

– Послушай! – сказала Миган. Ее осенило. – Расскажи миссис Брэдли. Она разумна и поймет, что тебе делать.

– Тогда я утром расскажу. Спокойной ночи, Миган.

Она встала с кровати и пошла к двери.

– Подержи-ка минуту открытой, – внезапно попросила Миган. – Доброй ночи и спокойного сна.

Она подождала, пока Кэтлин закроет свою дверь, потом встала и заперла свою.

Этажом ниже, ангелоподобные в своей наготе (забота об их комфорте со стороны миссис Брэдли закончилась предоставлением детям приличной постели и не включала мысль о пижамах, оставленных, насколько было известно, в фургоне вместе с ящиками гранатов и макового семени), Кеннет, Стюарт и чудесно выздоровевший Айвор собрались на кровати Кеннета, строя коварные планы.

– Штука в том, – сказал Айвор, – что на самом деле Миган нам нужна.

– А чтобы она была с нами, нужно, чтобы знала Кэт, – сказал Кеннет. – А Кэт дура.

– Точнее, выглядит так, – ответил Айвор. – Но Миган умеет хитрить куда лучше нас, это точно.

– Греки, – сказал Стюарт, который говорил редко, – насчет девчонок такими не были.

– А Клитемнестру забыл?

– Она не девчонка была. Троянская война десять лет тянулась.

– Ладно, а амазонки?

– Их мало было. Только поэтому Тесей их смог завоевать.

– Это сколько?

– Да замолчи же ты, кому надо в этом старье копаться? Мы вот что должны решить: брать с собой Миган или нет? Лично я, зная ее, хоть и согласен, что почти все женщины существа несносные, все же за.

– Она проболтается.

– Не думаю.

– А я говорю – рискованно. Мы должны сделать это сами или не делать вообще.

– Ага, и как ты себе представляешь, как эти греки нам позволят это взять?

– Да мы им просто заплатим.