Поспеши, смерть!

– Я думаю, – сказала она тихо Миган, когда гостиницу осмотрели, – что, несмотря на душевную манеру хозяина и его жены, лучше было бы нам устроиться в Афинах.

– Я знаю, – ответила Миган. – Я уже убила двух клопов, и кому-то из нас придется спать вдвоем в одной кровати. А на что похожа ваша комната?

– Слишком густо населена, милое мое дитя.

– И все-таки, – сказала Миган, просияв, – все это очень похоже на розыгрыш, и я страшно рада, что отец его придумал. У него бывали идеи куда как хуже. О господи, как ноги ноют! Если бы еще можно было ванну принять!

– Вы не думаете, дитя мое, – сказала миссис Брэдли, проявив некоторую заботу, – что мы могли бы вернуться на автобусе в Афины и приехать сюда рано утром?

– Отец взбесится.

Это бы нарушило последовательность действий. Вы же знаете, каков он, когда ему попадает вожжа под хвост! Им придется поехать обратно, чтобы потом появиться с факелами. И еще им надо привезти Иакха, а наше дело – сидеть тихо, пока не скажут выступать.

Мальчишки нашли ящериц и гоняли их сухими палками.

– Не вылезают, заразы, – пожаловался Кеннет. – Неспортивно себя ведут.

– Как и вы, – возразила миссис Брэдли. – Сезон охоты на ящериц еще не открыт. Вы уже свои комнаты видели?

– А у нас комнат нет, – сказал Айвор. – Мы все будем спать на фураже.

– На чем?

– На фураже. Я не знаю, что это. Это не сено – во всяком случае, я так не думаю, – но это здорово весело, и мне сдается, что там они кишмя кишат.

– Наверняка заразу подцепим, – лучезарно улыбнулся Кеннет.

 – А тогда, – он повернулся к Айвору, – мой старик на твоего в суд подаст на компенсацию, и его старик тоже.

Он показал на зеленоглазого Стюарта, стоящего с невинным видом.

– Да ерунда. Не могут с тебя содрать компенсацию, если ты не заключил с другой стороной контракт. Я про это читал, про кинозвезд.

– Так это же у кинозвезд! Но все равно, если твоя семья устроит нашей семье какую-то чуму, или чесотку, или что-то подобное, то мы сможем требовать компенсации. Я про это читал в газете: одна женщина пришла к парикмахеру, и ее причесали щеткой, на которой была чья-то кожная болезнь.

Так что тебе еще как не выкрутиться!

– Еще как выкрутиться. Спорю на что хочешь…

– Стюарт! – сказала миссис Брэдли, отворачиваясь от спорщиков к их аудитории. – Пойдем, покажешь мне этот фураж.

– Тогда сюда.

Он встал, безмолвный и наблюдательный, а она поднялась на шесть деревянных ступеней и пристально всмотрелась в спальные места, назначенные мальчикам.