Северный витязь

Проснулся Илья от ощущения беспокойства. Открыл глаза и не увидел ничего, кроме тесноты ночи. Только почувствовал, что близок рассвет, услышал тихое далекое ржание Бурки в загоне. И вдруг понял причину своего беспокойства. Рядом с ним не было Златыгорки.

Он провел рукой по подушке, не ощутив даже остатков ее тепла. А было ли все или приснилось? Было! Все было, но этот холодный рассвет стал гранью между прошлым и будущим. Как будто кончилась сказка. Так было и в детстве, когда он слушал сказки, что сказывала ему перед сном матушка, и так не хотелось, чтобы они заканчивались.

Так было и потом, когда он до седьмого пота поднимал тяжести, собирая в кулак силушку. И когда падал от изнеможения, было жалко, что силы кончаются, что нужно отдохнуть.

Когда он оседлал коня, Златыгорка вынесла из дома кожаный мешок с хлебом, сушеным мясом и крупой в дорогу. Она заполнила переметные сумы, перебросила их через круп коня и стала закреплять на седле. Илья смотрел на нее и думал о разлуке, возможно, даже вечной.

– Пойдем, – коротко сказал он и вернулся в дом.

Его старые доспехи, в которых он приехал, лежали на лавке. Подняв меч в ножнах, Илья повернулся к Златыгорке. Медленно вытянув оружие из ножен, он полюбовался на выбитую вдоль клинка надпись «С нами бог». Потом с силой загнал меч обратно в ножны и положил на лавку поверх кольчуги.

– Сына назови Сокольником. Когда вырастет и сможет меч этот поднять, отдай ему и доспехи мои. Они мне от моего батюшки достались, а ему от своего. Говорено было, что проклятье на этом мече и на всех мужах нашего рода оттого, что дед этим мечом разрубил икону православную.

Теперь, когда я на ноги стал, проклятья больше нет. Меч этот чист, он за доброе дело воевал, поганых разбойников карал, тебя от половцев спас. Пусть сыну моему послужит.

Почему он так сказал, Илья и сам не понял, как будто и не он это говорил, а кто-то другой. Сын? Да, Златыгорка обязательно родит ему сына. И пришлет, когда тот сможет удержать в руках отцовский меч.

Вырастит она его воином первым и пришлет к своему батюшке. Она вырастит, она станет ему доброй матушкой.

Возы тянулись по дороге, увязая по оси в грязи. Конные норовили взять стороной, чтобы объехать глубокие лужи.

Илья остановил Бурку на опушке леса и стал смотреть на видневшиеся вдали стены Киева. Что он ожидал увидеть, Илья и сам не знал. Ворота из белого камня с башнями, высокие земляные валы, поверх которых вправо и влево уходили бревенчатые стены.