Племя – исток, племя – исход

Я предлагаю собрать те силы, что у нас есть, попробовать поискать новые, найти, вырастить, но сделать так, чтобы эти их мечты действительно остались только мечтами. Иначе племя Голого Солнца – единственное из всех, что пока ещё не пресмыкается перед прихотями Мергалона, через каких-нибудь несколько дней таковым уже зваться не будет, ибо потому солнце у нас и зовётся голым, что только свободным туамам предстаёт в своём истинном и полном свете.

Шиста обильно хлебнул из кожаной фляги и сел. Повисла тишина, и у Цзары, который начал к этой тишине прислушиваться, невольно сконцентрировав внимание на мнимом полном беззвучии, зазвенело в ушах.

– Что могут сделать туамы против скварнов? – спросил через некоторое время пожилой щуплый туам, и по лицу его было видно, что на любой ответ Шисты, у него уже есть возражение.

– Я, он, – Шиста указал на Цзару, заговорив ещё громче, – и Пте, черепугл, убили сегодня днём двенадцать скварнов! Что с того, что они чуть выше ростом и шире в плечах…

– Чуть! – невесело усмехнулся пожилой туам.

– Да чуть! – лицо Шисты приняло угрожающие очертания. Он снова вскочил на ноги и стал размахивать, что есть силы, руками. – Мы меньше их, слабее, но зато насколько проворнее! Они забыли, что такое битва, охота, борьба за свою жизнь, сила, дающаяся в минуты отчаяния. Да и не знали никогда – от самого новорассветья, или откуда там маги считают историю, они только и делали, что подгребали под себя всё, что могли. Любой туам, я знаю – любой, может одолеть двух скварнов зараз.

– Он видел скварнов, знает, что они из себя представляют, – глядя в землю под ногами, возразил пожилой туам.

– Он всю жизнь перед ними преклонялся! – ответил Шиста.

– А что ты именно намереваешься делать? – спросил один из приближённых к вождю. – Каким образом соберёшь достаточное количество туамов, чтобы хотя бы попытаться дать отпор Мергалону?

– Это ещё предстоит обсудить.

После этих слов все удивлённо воззрились на Шисту, даже те, кто на него не смотрел или вообще избегал его взгляда.

– Ты уверен в этом? – спросил вождь, в голосе и лице которого угадывались крупицы настороженной надежды.

– Пте сказал, что помогут, если мы решимся.