Ведьмин ключ

За них не боись.

– За них и выпьем, – предложил Сергей, подлил в кружки, поднял свою.

– За них! – нестройно поддержали остальные.

Выпили, закусили.

Гошка полуобернулся к Тамаре и, чуть трогая струны, запел, как заговорил:

Ты со мной не добрее, не строже,

Стал я вроде не к месту заплаткой.

Но каждой ночью по новой пороше

Я крадусь до твоей палатки.

С кем смеёшься ты в ней, хорошая?

Будто сыплешь на блюдечко грошики…

Сергей осторожно поставил пустую кружку на стол, подпёр щеку ладонью, закрыл глаза.

Гошка пел – вышептывал:

…Над следами большими и маленькими

Я стою, зло сметаю их валенками.

Тут на грудь мою бросится, рада мне,

Твоя лайка по кличке Маршрут.

И обида десантником падает,

Не успевшим раскрыть парашют…

Тамара не мигая глядела на Гошку, и в глазах её, набухших слезами, стояли маленькие свечечки. Он столкнулся с её взглядом, спросил:

– Поедешь со мной на мыс Доброй Надежды?

Она смотрела сумеречно, будто сквозь Гошку.

– А какой он?

– Не важно. – Он отвёл глаза. – И это важно. Важно, что он есть, этот мыс Надежды. Мы побываем на нём, соглашайся.

– Тамара, не езди, – вмешался Женька. – Ты, да все мы, давно уже сидим на этом мысу. И если не прилетит завтра вертолёт, тогда… А что тогда?

– Начнём всей оравой таять снег в ведрах и сливать с горы, – мрачно пошутил Гошка.

– Ой, чо придумал-то! – ужаснулась Вера.

– Разбаловались, факт! – Сергей поднял голову, погрозил кому-то пальцем. – Нужна рр-рука…

Гошка поднялся.

– Соотрядники! – Он поочерёдно оглядел всех. – Что-то у нас невесёлое веселье. Чего-то в нём нету.

– Нету! – снова подхватил захмелевший Сергей и утвердительно клюнул носом. – Дело дрянь, а нету.

Тамара поднялась тоже. Гошка повертел гитару и бросил её на спальный мешок.

– Пошли. – Он подал Тамаре руку. – А ты сиди, сиди, – замахал на Веру.

– Вера, садись. – Женька усадил повариху на место. – Выпить есть чего, поговорить о чём найдётся. Чего разбегаетесь?

Гошка накинул на плечи Тамаре меховую куртку, поднял воротник.

– Как интересно – на звёздах. – Из меха глубокого воротника она ясно глядела на Гошку. – И сбывается, веришь?

– Верую и тебя научу, – пообещал он. – Без веры нельзя. – Легонько потрепал её за шею, подтолкнул к выходу.