Секретный концлагерь

На всякий случай далеко не отлучайтесь.

– Понятно, – сказал старший лейтенант и осторожно прикрыл за собой дверь.

– Вас все так боятся, – спокойно произнесла девушка. – Этот старший лейтенант даже побледнел от испуга.

– А вы меня не боитесь? – спросил Семен.

– Нет, – спокойно ответила девушка. – Почему я должна вас бояться? Я не шпион.

Семену понравился такой ответ, и он улыбнулся. Вообще эта девушка нравилась ему все больше и больше. Он даже мысленно похвалил себя за то, что обратил на нее внимание.

– Нам надо поговорить, – сказал он.

– О чем?

– Об одном очень интересном деле. Иначе говоря, нам нужна ваша помощь.

– Именно моя? – уточнила девушка.

– Да, именно ваша, – подтвердил Семен.

– Кому я должна помочь? – спросила девушка, и этот вопрос Семену также понравился, потому что это был вопрос по существу – без всякого жеманства и прочих дамских штучек.

– Нам, – ответил Семен. – То есть Смершу. А конкретно мне.

На это девушка не сказала и вовсе ничего, лишь со спокойным ожиданием взглянула на Семена.

– Для начала давайте познакомимся, – сказал Мартынок. – Терпеть не могу бесед через стол или стоя во фрунт. Озлобляют меня такие беседы по причине моей простоты… Меня зовут Семен.

– Павлина, – представилась девушка, помолчала и добавила: – Павлина Поцелуйко. Должность называть?

– Не надо, – махнул рукой Семен. – Для чего мне ваша должность? Мне надо другое… Ваша помощь. Да вы присаживайтесь, – указал он на старомодный диван, притулившийся в углу.

Павлина впервые улыбнулась – и то лишь краешками губ. Похоже, простота, с какой Мартынок выражал свои эмоции, пришлась ей по душе. Она подошла к дивану и опустилась на его краешек. Семен, потоптавшись, присел на другом конце дивана.

– Да, помочь, – начал Семен. – Помочь Смершу, и мне лично.

За все время рассказа Павлина не проронила ни слова. Она просто сидела на диване и молча слушала.

– Вот, – закончил свой рассказ Семен. – Такая, значит, ситуация. Без вас, понимаете ли, никак. Нет, конечно, можно и без вас, но это будет халтура. А нам халтуры допустить никак нельзя. Потому что спугнем мы наших птичек, если будем халтурить. Нам надо быть правдоподобными. Другой возможности сыграть спектакль у нас может и не быть.