Почти не преступление, но наказание

Артём помнил, как в тишине их дома родители переговаривались, думая, что сын спит. Постоянно обсуждали, где взять денег, как одеть сына в школу. Мама, конечно, работала, но копеек, которые она получала как учитель в сельской школе, едва ли хватило бы на них троих.

Отец не сдавался. Он был борцом по жизни, если не борцом с самой жизнью. Снова и снова уходил на поиски работы, находил заработок и продолжал кормить семью. Иногда в ночь он подрабатывал грузчиком, а с утра вновь садился за руль и крутил баранку до позднего вечера.

Но даже не за это всё Артём боготворил отца. Он понимал, ведь мужчина не мог поступить иначе, ведь ему нужно было кормить семью, добывать, так сказать, пищу. Но вот за что он был благодарен по-настоящему, так это за беззаботное детство, подаренное папой.

Мужчина, как бы ни было ему тяжело, какие бы трудности ни приходилось преодолевать, никогда не оставлял сына без присмотра и не пускал его воспитание на самотёк. Отец всегда, как бы ни уставал на всех этих бесконечных работах, находил силы и время для своего чада.

Под мерный гул самолёта, Артёму вспомнилось, как в то время, когда он был совсем ребёнком, папа смастерил на раму своего велосипеда специальное сиденье. Он сажал на него маленького Артёма, и вместе они путешествовали по живописным сельским окрестностям, которые в детстве всегда кажутся такими таинственными. Бывало, они заезжали в лес, посещали озеро, скрытое от посторонних глаз густыми зарослями деревьев, или, если папе выпадал выходной, уезжали к соседнему селу, где протекала широченная в детском понимании река.

И всю дорогу отец не переставал говорить с сыном. Он рассказывал казавшиеся тогда фантастическими истории из своего давно ушедшего детства. Трудно было поверить, но папа клялся, что это правда, что он тоже когда-то был маленьким и дурачился с друзьями в тех самых местах, где теперь разъезжал с сыном.

Однако время неумолимо двигалось вперёд. Даже тогда, когда отец купил Артёму небольшой подержанный велосипед, они не перестали ездить по округе вместе.

Изменились только разговоры, восприятие мира, но сама традиция и любовь к ней остались неизменными.

А кроме того были боксёрские перчатки, которые папа подарил сыну на 23 февраля; груша, сделанная отцом из мешка для картошки и обшитая дерматином; много-много всего другого, что папа делал, покупал или ещё каким-то чудесным образом добывал для единственного сына.