Живые отражения: Красная королева

Там я продержалась около месяца, ловко уворачиваясь от нахальных рук вечно подвыпивших клиентов, попутно расшвыривая резюме по всему интернету, пока меня неожиданно не пригласили в одну из башен в Москва-Сити на собеседование.

До сих пор так и не поняла, почему меня взяли. Может из-за напора и самоуверенности, а может, наоборот, благодаря синдрому отличницы и несоразмерному перфекционизму. Так или иначе, но уже в августе я переоделась в строгий брючный костюм с белой блузкой и превратилась в личного помощника финансового директора крупной промышленной компании.

О том, что я, вроде как, планировала заново куда-то поступать, для чего нужно было начинать суетится еще в феврале, вспомнилось только в мае. Сожаления не было. Мне уже просто было некогда думать о таких мелочах.

Вся моя жизнь ежедневно была расписана по минутам начиная с восьми утра и до позднего вечера, и каждая из них принадлежит боссу. За это мне платят такие деньги, которые большинство офисных клерков только в розовых снах видят. Для начальника я и левая рука, и правая, и даже часть его мозга – та, что помнит все его планы на недели вперед.

Сегодня впервые он пришел на работу, а меня нет. Опаздываю и даже не знаю на сколько именно. Пришлось пристать к какому-то симпатичному молодому человеку на бегу с вопросом: «Который час». Он достал смартфон и сообщил мне приговор: «Десять тридцать», – а потом сопроводил недоуменным взглядом. Я рванула так, что только ветер в ушах свистел. Хорошо еще, что квартира в пятнадцати минутах пешком от офиса. Это значит всего пять минут бегом.

Когда я добралась до рабочего места и украдкой заглянула в кабинет начальника, то поняла, что зря так мчалась. Босс куда-то уехал. Самое страшное, что я вообще не представляю куда, так как в его расписании, которое я помню наизусть, в это время как раз странное пустое окно. Плюхнулась в свое кресло, поставила смартфон на зарядку и вдавила кнопку включения. Руки дрожали.

Так и есть. Три пропущенных от того, кто в моих контактах располагался на самом верху под кодовым обозначением «№ 1».

Сердце несколько раз судорожно дернулось, а потом вообще замерло.

Поколебавшись пару секунд, я перезвонила. Николай Петрович скинул звонок.

«Это залет, Александра», – тихо сказала я вслух, бессильно откинувшись в кресле. Пульс не успел прийти в норму после пробежки и теперь кровь билась в висках от волнения с темпом и громкостью ударника Рамштайна. Голова вообще не соображала. Наверное, это и называют панической атакой.