Лабрис

Ты видишь девочку у калитки?

Я посмотрела на женщину, но тут же поняла, что зря надеялась. Ее глаза слепо обшарили пространство вокруг меня.

– Нет, а что? – осторожно спросила та.

– Ну вот же! – Дара взяла меня за руку и чуть ли не насильно подтащила к крыльцу.

Я споткнулась и случайно опрокинула белый гипсовый декоративный горшок у выложенной светлым камнем дорожки. Не заметить мое присутствие теперь было сложно.

Мать странно посмотрела сначала на лежащий на боку горшок, потом на дочь. В ее взгляде появилась непонятная мне тоска, сочувствие и жалость.

– Не обошел, значит, тебя бабкин дар, – сказала она с тяжелым вздохом, – а я так надеялась.

– Что за дар? Ма, ты о чем?

– Видеть их.

– Кого их-то? – опешила Дара.

Женщина внезапно стала строгой:

– Отведи ее туда, где…нашла. Оставь там и больше никогда с ней не разговаривай! Я запрещаю! Слышишь?!

Дара удивленно посмотрела на меня. С опаской отпустила мою руку и отодвинулась.

– Я все поняла. Сама дойду, можешь не провожать, – тихо сказала я и вышла за калитку, стараясь, чтобы Дара не заметила навернувшиеся на глаза слезы.

Они о чем-то там еще говорили, но я уже не слушала. Брела вниз, к морю, как сомнамбула. Мысли текли вяло, словно густой мед, а вот слезы бежали по щекам куда быстрее. В голове было горько, холодно и пусто.

Меня боялись, потому что я не такая, как они. Если верить Даре и допустить, что все местные жители – нормальные люди, то я тогда кто? Морская тварь, вылезшая на сушу и прикинувшаяся человеком? Может, я вправду родилась только вчера? Выползла из морской пены, еще ничего не осознавая, забралась в сарай и только там пришла в себя.

Может, это я – рептилоид, напяливший костюм человека? Или русалка. Не зря же чувствую себя в море как дома, да еще и с дельфинами говорю. Точно! Как в сказке! Только за ноги я отдала морской ведьме не голос, а возможность быть увиденной и услышанной. Даже ведьму эту самую помню, с золотыми глазами.

Но перед самым пробуждением ведь у меня же был хвостик воспоминания! Тепло маминых рук, уют родного дома.

Тогда что я?

Дошла до своего сарая, хлопнула дверью, упала на матрасы и зарыдала, закрывшись с головой тканью. Не буду больше выходить! Никогда! Каждое мое соприкосновение с этим дурацким миром приводит к боли, слезам и отчаянию. Буду сидеть здесь… ну и иногда плавать с дельфинами.