Черничное королевство

Потом он страшно захотел в туалет и даже расстроился, что вот сейчас-то точно проснется, но перо категорически отказывалось исчезать.

Слава сел на топчане, и светящееся чудо спорхнуло с его груди на грязный пол. Медленно, словно невесомая снежинка.

Он поднял перо и ошарашенно прошел с ним в сортир. Почему-то ошибся направлением, хотя вчера, казалось бы, уже выучил, что где. Пришлось вернуться и внимательно осмотреть коридор. Старый допотопный унитаз непонятно с какой стати оказался не там, где раньше.

Смыва у местной сантехники не было – для этого приходилось бегать и наполнять небольшую кастрюльку водой несколько раз.

Все это время Слава никак не мог поверить, что действительно проснулся. Только когда споткнулся и больно приложился плечом о дверной косяк, окончательно удостоверился, что сон-то уж точно кончился, а вот чудо – нет. Перо все это время так и торчало из кармана.

При дневном свете оно, конечно, светилось не так впечатляюще, но все-таки эффект был очевиден. Да и тепло от него исходило нешуточное.

Такого просто не могло быть.

Слава для порядка пребольно ущипнул себя пару раз, но проснуться никак не получалось. Перо было на месте.

Откуда оно вообще берет тепло? Ядерная реакция?

Слава остановился. Странное синее свечение и ощущение тепла… может, штука действительно радиоактивная? Тогда ему конец. Он с ней в обнимку спал и уже нахватался там этих кюри-зивертов или в чем там дозы измеряют.

Хотя ядерное перо было еще фантастичнее, чем просто «жарптицево».

«Может, у меня галлюцинации. Небось тут в доме где-нибудь ядовитая плесень проросла, вот и не живет никто, а я за ночь надышался и теперь глюки ловлю», – неожиданно подумал он.

Это бы все объяснило. Только действие таких веществ, как ему казалось, должно проявляться как-то более масштабно, чем просто сиротливо лежащее на топчане перышко.

Тут заявил о себе забитый до этого нервами голод. Желудок заурчал и непрозрачно намекнул, что надо бы поесть. Где-то на столе возле плитки должны были стоять пачки с лапшой и растворимым пюре.

Слава уже почти привычно повернулся к ним и уставился на стену. Плитка и стол оказались позади него.

«Странно», – сказал он вслух.

Он точно знал, что его импровизированная кухня была по левую сторону от топчана, а не по правую. Слава припомнил, как вчера доел лапшу, поставил банку на стол левой рукой и завалился спать. Сейчас плитка стояла с другой стороны.

Он постарался вспомнить обстановку остального дома.