Разведотряд

У неизвестных было при себе оружие?

– Чего не видела, того не видела.

– После Степана Сергеевича к себе пошли?

– А куда же еще? У нас тут клуба нет, да и кавалеров тоже. Глухомань, в общем. А для одинокой женщины так вообще тоска смертная. Думаю хату продать и в город податься. Или в станицу. Все веселее будет, да и, глядишь, кто-нибудь пригреет.

– Тьфу! – сплюнул на землю Гулеба. – Кто о чем, а баба о мужике.

– А ты не плюйся, Степан, тебя бы на мое место. Хотя вам, мужикам, все нипочем. Нет бабы, самогона полно.

– У вас так всегда? – покачал головой Крабов.

– Как? – вскинула на него удивленный взгляд Валентина.

– Как сейчас.

– Да нет, – ответил Гулеба, – это она при вас хвост распушила, да и то понять можно. Одной на самом деле жизнь не праздник.

– Ладно, – проговорил капитан, – еще один вопрос, Валентина.

– Да ради бога, сколько угодно.

– Вы наверняка из дома или со двора, вернувшись от Степана Сергеевича, смотрели за старой фермой.

– Смотрела. И собаку с цепи спустила.

– Понятно. Что еще видели?

– Ничего. Те трое как вошли на старую ферму, так там и остались.

К крыльцу подошел мужчина лет пятидесяти. От него тянуло жутким перегаром.

– Здоровеньки всем. Колька сказал, что нужен я?

– Опять с утра нажрался? – скривился Гулеба.

– Самую малость, начальник, для поправки здоровья. Из больного какой работник?

– Вы скотник? – повернулся к нему Крабов.

– Так точно. Басов Михаил Петрович. Или Михай. Меня на хуторе больше Михаем кличут, а я ничего, не в обиде.

– Вы тоже, Михаил Петрович, видели троих на старой ферме?

– Не-е. Одного. Я встаю рано, потому как ложусь тоже засветло.

– Конечно, если уже к пяти часам вдрызг, – усмехнувшись, заметила Валентина.

– Ты, Валька, напраслину не гони! Да, выпиваю, а кто нынче не пьет? Вот тока Степан. Так у него семья, хозяйство, а у меня что? Ни жены, ни детей, выходит, и радости никакой.

– Вы, Михаил Петрович, не отвлекайтесь. Значит, видели одного постороннего мужчину, который был вооружен автоматом, так?

– Да.

– Во сколько и где вы его видели?

– Так часов в шесть, на старой ферме.

– Где именно на ферме?

– На углу ближнего коровника. Того, что у навозной кучи. Правда, куча та давно бурьяном заросла.

– Сам где находился в это время?

– На работу шел. Тут недалече. Как раз за усадьбой Степана и увидел чужого мужика.

– Он вас тоже видел?

– Наверное. Потому как сразу ушел за коровник.