Гостья из прошлого. Асексуальный рассказ

– Вы, девочки, уже познакомились? – засмеялся он, пребывая в сильном экзальтированном состоянии. – Вот и хорошо. Не выношу там всякие «puis-je vous prеsenter…» и «enchantе…», (разрешите представить Вам…» и «очень приятно». Все это вот тут сидит! – и он коснулся ребром ладони своего кадыка.

– Да, я Лиза, – ответила холодно гостья с легким акцентом, глядя в глаза хозяйке. – Действительно, давайте не будем говорить на-французском. Это лягушачье кваканье наверно всегда будет напоминать мне о моем покойном папочке.

– Простите, я не знала, – смутилась жена, пропуская гостью вперед. – Примите мои искренние соболезнования.

– Ничего страшного. Я давно уже пролила горькие слезы…

Девушка быстро поднялась по ступенькам.

«А она стройная… Худенькая, но стройная, – пронеслась почему-то мысль в голове хозяйки. – И еще с претензией».

Красивые французские туфельки на высоком каблуке не давали покоя. Они мелькали перед глазами уставшей женщины и своим звонким цоканьем напоминали мостовые улицы Парижа…

«Как давно я не носила такую обувь…» – чуть ли не с завистью подумала она.

Все какой-то суматошной гурьбой зашли в сени и стали разуваться, кроме гостьи. Та недоуменно смотрела на хозяев, будто те совершали перед ней нечто непристойное, немыслимое.

– Не помню, говорил я тебе… – обратился муж к супруге, считая, что пришло, наконец, время прояснить всю ситуацию с приездом гостьи. – Отец Лизы был известным диссидентом. Тот самый писатель, бежавший из СССР в середине 80-х… Ты, наверно, слышала всю эту скандальную историю, когда дали по шапке Громыко? Только подумать, я еще тогда только поступил в академию при МИДе…

Затем мужчина тяжело вздохнул, с ностальгией припоминая славные студенческие годы, и, заметив, что гостья все так и стоит в нерешительности и смотрит, как он стаскивает с себя мыском левой ноги правый ботинок, опять рассмеялся.

– Да, да… Что-то припоминаю… – едва успела подбежать она к кухонной плите и приподняла горячую крышку голыми руками.

Боль прожгла пальцы, и крышка упала на пол. По комнате запахло закипевшим куриным бульоном, а над кастрюлей всклубился пар. В возникшей неловкой ситуации все замерли, точно ожидая взрыва гранаты.