Стая

Парнишка часто замыкался в себе, потому как ему больно было смотреть на то, что его сверстники гуляют на улице, бегают, прыгают и делают всё то, чего ему никогда не осилить.

Но всё же, благодаря уговорам матери и советам психолога, к которому его возили в Киев, Саша смог перебороть себя и пойти в школу. Конечно, в виду того, как быстро он усваивал новую информацию и как решал даже самые сложные задачи, то мог бы закончить несколько классов экстерном, но в школе, где один учитель ведёт по два, а то и по три предмета, об этом и речи быть не могло.

Позавтракав омлетом с ветчиной и выпив чаю с печеньем, парнишка переместился в зал. Там мать с отцом смотрели новости по телевизору. Как и всегда последнее время передавали хронику событий на востоке страны. Саше такое начало дня было не по душе, потому как ему вообще как-то дико было осознавать, что в Украине может идти война.

Поэтому парень покатил в свою комнату и, одевшись, направился на улицу. Как только он выкатился на крыльцо, калитка отворилась, и в неё вошел его брат Андрей.

Тому было вдвое больше лет, чем десятилетнему Саше, и сейчас он учился в Киевском институте банковского дела, хоть младший брат очень сомневался, что ему светит какое-либо будущее в этой сфере. Старший брат был полной противоположностью младшему. Он был высокий и спортивный, уверенный в себе и не обделённый женским вниманием, чем вряд ли когда-то смог бы похвастаться младший.

– Привет, малой. Как сам? – спросил Андрей, проходя мимо Саши с переброшенной через плечо дорожной сумкой.

– Привет, нормально, – ответил Саша, но встречный вопрос задавать не стал.

Впрочем, это было бессмысленно, так как Андрей уже скрылся в доме. Раньше братья были в довольно дружеских отношениях, но после того, как старший уехал учиться в Киев, он стал отдаляться от Саши, да и от родителей тоже. У него появились новые друзья, он стал встречаться с девушками, да и вообще, ритм столичной жизни закрутил его своим круговоротом и с каждым годом относил всё дальше от тишины и покоя, царящих в такой глубинке, как Кленовое.

Но в это хмурое ноябрьское утро задумываться об отношениях в семье, Саше и без того не хотелось.

Он подъехал к калитке и, выехав на улицу, свернул направо, а дальше покатил своим привычным маршрутом. Было относительно тихо. Лишь одинокий лай собаки где-то в центре села, кукареканье петуха по ту сторону улицы и хрюканье свиней в хлеву у их соседей нарушало тишину и гармонию утра в селе.