День хорька. Книга 1

Поэтому вся жизнь Веры проходила по схеме «работа на работе – работа дома – кратковременный перерыв на сон» и так по кругу.

Но не только тяжелая физическая работа придавала внешности женщины лишних лет десять. Основной причиной было вовсе не это. Последних лет двадцать со своим Васей она жила как на пороховой бочке.

Как и многие мужики с села, занятые на физических работах, Вася любил выпить. Точнее не так – он обожал пить. Водка порой бывала ему ближе, чем жена, и это просто не могло не сказываться на отношениях и общей атмосфере в семье.

Иногда в жизни Васи случались просветления, но большую часть времени он либо пил, либо пил по-чёрному, не просыхая. Белая горячка или по-народному «белка» была частой его гостей, и порой под её влиянием мужчина говорил и делал весьма пугающие вещи. Один раз Вере довелось прятаться в ванной от мужа, который на полном серьёзе собирался разделать её топором и съесть. Повезло, что в тот раз он выпил столько, что не мог долго продержаться на ногах. Выйдя из своего укрытия спустя полчаса после того, как всё стихло, женщина забрала топор из рук спавшего на пороге дома мужа.

Нередко Вася поднимал на неё руку. С годами это вошло у него в привычку, и их ссоры частенько заканчивались дракой. Несколько раз соседи вызывали полицию, но в виду того, что все они живут в одном городе, а потерпевшая и обвиняемый состоят в браке, копы не предпринимали каких-либо радикальных действий, ограничивались только разъяснительной беседой. Вася всегда соглашался с ними, но каждый раз жаловался, что жена доводит его до такого своим поведением.

Так повторялось из года в год, и Вера уже не надеялась, что когда-то прекратится. Немногочисленные знакомые и соседи не раз советовали женщине развестись с мужем-алкоголиком, и она сама отчётливо понимала, что это единственный правильный выход из ситуации, но так и не прибегла к нему.

Она помнила, как еще молодой – когда их сыну Саше едва исполнилось два года – хотела уйти от Васи после того, как он разбил у неё на голове бутылку из-под водки.

И, к своему же превеликому удивлению, Вера терпела. Терпела назло матери, чтобы каждый раз, когда та приезжала к ним в гости укорить её со своими советами. Но мать умерла три года назад, и терпеть дальше было не для кого. Все, кого Вера знала, жили своей жизнью, по большей части куда более счастливой, чем сложилась её, и им было глубоко наплевать на её проблемы.